Книга Во имя народа, страница 226 – Чжоу Мэйсэнь

Гао Юйлян улыбнулся:

— Мне сколько лет? Куда еще меня повысят? Мне осталось только ждать ухода на пенсию и отдыхать на старости лет! Другое дело вы, почтенный Сяо, сделайте всё как следует: Цзи Чанмин скоро сойдет с дистанции, вы выиграете этот бой и станете главным прокурором провинции, квалификации хватит!

Сяо Ганъюй оживился, но напомнил, что не удастся так легко перевалить через такой перевал, как Цзи Чанмин. Гао Юйлян предложил по возможности наладить отношения с Цзи Чанмином. Дело Хоу Лянпина от прокуратуры провинции не скрыть. Как только оно сформируется, необходимо сразу же доложить Цзи Чанмину. Однако у Сяо Ганъюя имелись сомнения:

— Секретарь Гао, скажите, не может ли этот главный прокурор начать покрывать Хоу Лянпина?

Гао Юйлян высказал предположение:

— Почтенный Цзи осторожен и не настолько смел! К тому же он вот-вот должен уйти на пенсию, так что тем более не может.

Однако Сяо Ганъюй продолжал беспокоился:

— Все говорят, что этот тип – Хоу Лянпин – помешанный!

Гао Юйлян сказал:

— Ну так вы составьте ему компанию в помешательстве. Представьте, будто отвоевываете вершину горы, опоздаете на шаг – проиграете всё!

В этот момент вороны, внезапно переполошившись, взлетели всей стаей, закрыв черными крыльями полнеба.

В эту ночь Хоу Лянпин с Лу Икэ снова всю ночь работали сверхурочно, торопя из центра управления проведение ударного допроса Лю Синьцзяня. Хоу Лянпин понимал, что колпак над его головой в любой момент может опуститься. Ему необходимо было выиграть время на этой стометровке, от которой зависела вся ситуация.

Вызванный на допрос Лю Синьцзянь, едва сев, начал жаловаться:

— Ваша прокуратура так любит ночные допросы!

— Ничего не поделаешь, сверху подгоняют плотно! – Хоу Лянпин намекнул таким образом, что это дело привлекло особое внимание наверху. Сменив тему, он продолжил, и тональность его речи вновь стала легкой:

— Директор Лю, так мы начнем? Как вы думаете – продолжим с того вопроса, который в прошлый раз задала начальник отдела Лу? Или же с нашей прошлой темы?

Лю Синьцзянь тут же начал куражиться:

— Начальник Хоу, а о чем мы говорили в прошлый раз?

Хоу Лянпин улыбнулся:

— Призрак бродит по Европе – призрак коммунизма…

Лю Синьцзянь оживился:

— Э, вы опять хотите услышать, как я читаю наизусть «Манифест коммунистической партии»?

— Нет, хочу помочь вам вернуть утраченную душу! Поразмыслите-ка, директор Лю, где и когда вы ее потеряли?

Хоу Лянпин не спеша расхаживал перед Лю Синьцзянем:

— Вы родились в гарнизоне, выросли под звуки горна и строевых песен. Затем учились в военном училище, пришли в войска, до тридцати лет почти не покидали казармы, любовью и заботой о службе намного превосходили своих сверстников. – Хоу Лянпин изобразил на лице зависть и восхищение. – Мой дом тоже стоял рядом с воинской частью, звуки горна и строевых песен, которые вы слышали, я тоже постоянно слышал в детстве, они до сих пор звучат в моих ушах. Разница лишь в том, что вы находились внутри гарнизона, а я снаружи.

На лице Лю Синьцзяня проявилось понимание:

— В те годы ребята снаружи завидовали нам, гарнизонным. Особенно мальчишки. Кто из них не мечтал стать военным? – Сказав это, он вздохнул: – Однако военная мечта потом сошла на нет, особенно после того, как экономика стала рыночной.