Книга Во имя народа, страница 127 – Чжоу Мэйсэнь

Однако Цзи Чанмин не бранился, а лишь язвил и насмехался, заявляя, что по своей крутости они превосходят голливудских артистов. Лу Икэ сгладила острые углы:

— Вызвать на допрос Оуян Цзин – это голливудский блокбастер? Прокурор Цзи, вы не слишком преувеличиваете?

Хоу Лянпин с серьезным видом кивнул головой:

— В самом деле, мы всего лишь действовали согласно закону!

Цзи Чанмин продолжал язвить:

— Слишком скромно для Голливуда, по-вашему? Если это не американский блокбастер, то что это? Две полицейские машины в погоне за машиной секретаря Ли Дакана настигают его у выхода с трассы в аэропорт! Так ты говоришь, «задержать обычного человека»?

Хоу Лянпин вылез с самокритикой:

— Не вините в этом Лу Икэ, она выполняла указание. Это мое самоуправство.

Цзи Чанмин гневно воскликнул:

— Хоу Лянпин, а я и не сомневаюсь! Что, это опять твои трюки на обезьяньей горке? Ли Дакан, в конце концов, занимает пост члена Постоянного комитета провинции, к тому же он – секретарь горкома партии Цзинчжоу! Вы со своей погоней на двух полицейских машинах прикинули политические последствия?

Хоу Лянпин разъяснил:

— Именно прикинув политические последствия, мы и не действовали перед воротами его дома в общежитии горкома партии.

Цзи Чанмин велел Хоу Лянпину рассказать о ситуации подробно, сказав, что ему нужно как можно скорее доложить парткому провинции и секретарю Ша Жуйцзиню.

Хоу Лянпин в подробностях рассказал о процессе подготовки Оуян Цзин к отбытию и об их утренних действиях. Есть неопровержимые доказательства того, что Оуян Цзин получила взятку: из заявленных Цай Чэнгуном и якобы полученных Оуян Цзин двух миллионов уже подтверждены пятьсот тысяч. Именно ввиду особенного статуса Оуян Цзин они действовали чрезвычайно осторожно, твердо придерживаясь в ведении дела принципа опоры на документальные свидетельства, а не на устные признания. Когда Цзи Чанмин дослушал, лицо у него посветлело: при наличии столь неопровержимых доказательств к делу Оуян Цзин теперь уж точно не подкопаться.

Пользуясь случаем, Лу Икэ сказала:

— Прокурор Цзи, значит, вам легко объясниться с Ли Даканом!

Услышав это, Цзи Чанмин вновь посмурнел:

— О чем мне с ним объясняться? Если надо что-то делать, то надо делать!

Покинув кабинет прокурора Цзи, Хоу Лянпин с Лу Икэ вернулись в Департамент по противодействию коррупции, продолжая обсуждать обстоятельства дела.

Лу Икэ не очень-то верила в то, что Ли Дакан мог ничего не знать о проблемах своей жены; если он ничего не унюхал, то почему решил разводиться именно сейчас? Хоу Лянпин сказал:

— Сейчас это еще невозможно объяснить, но, исходя из моего опыта следствия и внутренних ощущений, Ли Дакан вряд ли что-то знал. Если бы он был в курсе, то не поехал бы провожать в аэропорт жену, с которой развелся. Ли Дакан – трезвомыслящий политик, а не рыцарь, лишенный политической смекалки.

Лу Икэ всё еще сомневалась:

— Однако Ли Дакан не только поехал провожать, но и, опустив боковое стекло автомобиля, демонстрировал свою власть.

Хоу Лянпин улыбнулся:

— Это еще больше свидетельствует о том, что Ли Дакан не в курсе. У меня ощущение, что у него есть уверенность в прочности своих позиций, поэтому он и не похож на крысу, сразу же ныряющую в нору. Эти действия Ли Дакана направлены на демонстрацию себя самого, своей самоуверенности.