Книга Во имя народа, страница 109 – Чжоу Мэйсэнь

Учитель и шиму рассмеялись.

Гостиная у Гао Юйляна была особенная, оформлена со вкусом и выглядела привлекательно. Он любил садоводство и бонсай, а также обладал большой эрудицией. Первое, что видели гости у дверей, так это сосну с изогнутыми стволом и ветвями, со старой, но густой хвоей – подарок друга, привезенный с горы Хуаншань. На подоконниках расставлены несколько поддонов с маленькими пейзажами, а также превосходно подобранные композиции из необычных камней и редких трав. Хоу Лянпин прошел, рассматривая произведения учителя и восхищаясь ими, от восторга даже прищелкивая языком. Гао Юйлян тоже поднялся, с улыбкой показывая все по порядку. Прохаживаясь и разглядывая диковинки, они плавно перешли к разговору о работе.

Гао Юйлян заговорил о том, что случай с ДТП, в которое попал Чэнь Хай, очень прискорбный. Все, кого он учил, ему как дети. Он спросил Хоу Лянпина:

— Ци Тунвэй говорил, что ты в свой приезд в Цзинчжоу встречался с Чэнь Хаем, это так?

Хоу Лянпин, ничего не скрывая, признал:

— Да, именно так. Если бы я не просил Чэнь Хая о содействии в поимке Дин Ичжэня, возможно, не было бы и покушения на Чэнь Хая.

Гао Юйлян внимательно посмотрел на Хоу Лянпина:

— Покушение? Ты считаешь, что ДТП – это покушение на Чэнь Хая? Есть доказательства?

— Я как раз их ищу, – ответил Хоу Лянпин.

Гао Юйлян предостерег его:

— Если кто-то на него покушался, то и тебе нужно быть осторожным. Подумай об этом хорошенько. К тому же следует обратить внимание на безопасность Чэнь Хая. Если и правда покушался какой-то недоброжелатель, то он не позволит Чэнь Хаю прийти в себя.

Прийдя в этот раз навестить учителя, Хоу Лянпин принес с собой сомнения. Полагая, что настал подходящий для этого момент, он изложил суть проблемы, не дававшей ему покоя:

— В вечер ареста Дин Ичжэня вы проводили служебное совещание. Как же получилось, что Дин Ичжэнь сбежал? Кто слил ему информацию? Не подозреваете ли вы кого-нибудь?

Гао Юйлян вздохнул:

— Подозрения – это всего лишь подозрения, и если нет доказательств – нечего зря болтать.

Хоу Лянпин постарался осторожно выведать еще какие-нибудь сведения:

— Не происходило ли в тот вечер что-то необычное? Выходил ли кто-нибудь позвонить?

Гао Юйлян глянул мельком на своего пекинского ученика. Взгляд его стал таинственным:

— Происходило ли необычное? Пожалуй! Несколько товарищей выходили звонить, и не один раз. Я потом вспомнил, Ли Дакан от начала до конца выходил три раза, Ци Тунвэй выходил дважды, Чэнь Хай выходил четыре раза, Цзи Чанмин тоже выходил один раз. Я тоже звонил, велел секретарю позвонить секретарю Ша Жуйцзиню доложить о ситуации.

Гао Юйлян встал и, заложив руки за спину, начал расхаживать по гостиной:

— Некоторые вещи, о которых я потом подумал, и правда показались странными! Вот, например, ваш почтенный Цзи: ему вовсе не требовалось докладывать мне и парткому провинции о деле, переданном ему Пекином!

Хоу Лянпин внимательно посмотрел на своего бывшего учителя, а нынче – руководителя, и, уяснив им сказанное, возразил:

— Но ведь главный прокурор Цзи хотел выступить с докладом, разве могла идти речь об отказе?

Гао Юйлян развел руками:

— Да, ваш почтенный Цзи хотел доложить о деле, и я не мог его не выслушать; а то, что касалось вице-мэра Цзинчжоу, я не мог не сообщить Ли Дакану – он ведь тоже член Постоянного комитета провинции! Ну, Ци Тунвэй – это, считай, исключение: так сложились обстоятельства, что он прибыл доложить о работе. Есть руководящая группа по комплексному обеспечению противопожарной ОБ, я по совместительству руководитель этой группы, поэтому предполагался доклад Ци Тунвэя о положении дел. Когда приехал почтенный Цзи, Ци Тунвэй еще не закончил говорить. Разумеется, он не мог уже уйти, к тому же нужно было задержать почтенного Цзи, в итоге и остались оба.