Книга Холодное послание, страница 93 – Дарья Литвинова

— Почему… порчу? – удивленно спросил Легостаев и получил ответ, что он третий раз оказывается рядом с трупом при нехороших обстоятельствах и лично Бараев на его месте бы порчу пошел и снял.

После ставших уже привычными трех подписей под протоколом допроса Легостаева выпустили из кабинета, проводив подозрительно-сочувственными взглядами. Дома он немедленно кинулся звонить Леночке.

— Ты представляешь, – стал тараторить Легостаев, как только она сняла трубку, – я снова был в милиции. На этот раз ситуация абсолютно сумасшедшая – сегодня в моем подъезде зарезали мужчину, а я проходил мимо…

Леночка на том конце провода отреагировала странно. Сначала она напряженно притихла, выслушав сбивчивый рассказ, потом, помолчав, сказала:

— Послушай… Давай-ка мы на время общаться прекратим.

— В каком смысле?

Легостаев даже не понял, что она сказала. Что еще за «прекратим общаться»? В июне они планировали свадьбу, через неделю травматолог собирался начать приготовления, то бишь – выбирать и заказывать ресторан, начать составлять список гостей, прикидывать, где лучше провести медовый месяц. Свадьба – дело счастливое, но муторное, и они с Леночкой сначала хотели нанять специального агента, чтобы тот устроил все за них, но узнали цену его услуг и решили обойтись по старинке. Леночка все равно на работу ходит три раза в неделю, остальное время посвящено трепу с подругами, косметическим салонам и созданию домашнего уюта – вот она и займется деталями, а Легостаев организует плавный ход общего процесса. И тут такое заявление – «общаться прекратим».

— В том смысле, что мне не нравится твое постоянное общение с милицией, – нервно сказала Леночка, и Легостаев услышал, как она щелкнула зажигалкой «Зиппо»: закурила, хотя к сигаретам уже больше полугода не прикасалась. – Ты постоянно попадаешь в какие-то неприятности и подтягиваешь к ним меня. То у тебя труп, то женщина умирает, а вот теперь – убийство какое-то! Я еще в прошлый раз проконсультировалась с юристом…

— Что ты сделала?

— Проконсультировалась с юристом! Перед визитом в районное отделение, как себя вести, что говорить. Так вот, он сказал, что постороннему, не замешанному в преступлении человеку алиби доказывать не нужно, его вообще никто даже допрашивать не будет. А тебя допрашивали, да еще и меня вызвали, значит…

— Что – значит?!

— Значит, ты в чем-то замешан, – твердо сказала Леночка и прибавила менее уверенно: – Так юрист сказал.

— А больше юрист ничего тебе не сказал? – вышел из себя Легостаев и отшвырнул в сторону коробок спичек, который крутил в руке. – Не посоветовал за мной слежку организовать или письмо направить в Минздрав, предупредить начальство? Мол, у вас травматолог подозрительный, не проверите ли вы его алиби на причастность ко всем убийствам в городе?!

— Не надо на меня кричать.

— Да я не кричу! Я просто не могу понять смысла нашего разговора.

— Смысл разговора в том, что ты меня компрометируешь.

— Перед кем?

— В частности, перед моими работодателями.

— Лена, – простонал Легостаев, – ты на работу ходишь через день, да и то – час-два посидишь, пальчиком в клавиатуру потыкаешь – и свободна. У тебя работодатель – твой родной папа, перед ним, что ли, тебя компрометируют походы в милицию?

— У отца большие связи, есть зарубежные партнеры. Если им станет известно…