Книга Убойная примета, страница 48 – Дарья Литвинова

Дягилев поднялся, потянулся и зевнул.

— Следаку-то позвони. Я отписался у всех, сейчас домой, к обеду приеду.

— Да высыпайся уж… выходной день…

— Вместе же по этой пакости работаем.

— Постовенцеву позвоню, если что. Это и его тема тоже.

— Ну, как знаешь. Я ушел.

Когда за Романом закрылась дверь, Демьяненко еще раз просмотрел «явку». Все-таки что-то ему мешало. И еще ему очень сильно мешал тот факт, что «явка» была написана разными ручками – и как будто в разное время.

На улице Дягилев столкнулся лицом к лицу к подъехавшим раньше начальником угро, тот был настроен примерно так же скептически, как и Демьяненко.

— Здравствуй, Ром… Что там за явка с повинной? Обоснованная?

— Более чем. Там не совсем явка, но… да вы ведь сами читать будете.

— Буду. Но Мышин… – Газиев покачал головой. – Ладно, будем проверять. Кто на месте?

— Демьяненко.

— Хорошо. Езжай домой, у тебя глаза, как помидоры. Надо будет подъехать часам к трем, учти.

— Да, я уже Алексею сказал, к обеду буду.

— К трем будь.

Они пожали друг другу руки, один шагнул к крыльцу, а другой повернул к своему автомобилю. Дягилев, выходя, заметил, что на скамейке сидела и ждала кого-то заплаканная девушка; увидев, что оперативники расходятся, она вскочила и быстро пошла к ним, вытирая нос платком.

— Простите, пожалуйста! Одну минуту! Подождите!

Красный нос девушки распух, на щеках остались полоски слез. Опера остановились.

— Ждем, – сказал Газиев. – Вы?

— Я дочь Георгия Мышина, Арина. Мне сказали, что здесь занимаются… что здесь розыск…

— Да. Слушаю.

— Папа ничего этого не делал. – Девушка всхлипнула. – Мне дядя Гриша рассказал… участковый наш… Это не папа. Он у меня фантазер был, внимания все время хотел… писателем когда-то хотел стать… вот и выдумал все.

— Разберемся.

— Да поймите, это все выдумки! Из головы брал!

— И подробности с мест преступлений из головы брал? – скептически спросил Дягилев.

— И их тоже! Может, слышал что от кого!

— Он дружил с кем-то из… ранее судимых, может?

— Он вообще ни с кем не дружил. Жалобы только носил на всех подряд, думал, что, может, кому интересно читать будет… – Девушка снова заплакала. – Он дома все время сидел, писал… Не мог он кого-то убить, он кур не убивает! Не мог он такое…

— Разберемся, – снова, но уже мягче сказал Газиев. – Мы еще увидимся, хорошо? Будьте дома, приедем.

Арина Мышина закивала.

— Конечно! Только папа правда не мог…

— Арина, – спросил Дягилев, – а Фирко Олег вам знаком?

— Кто? – переспросила она. – Фирко? Нет, незнакомая фамилия.

— А кто-то знакомый или родственник по имени Олег есть?

— Ну… одноклассник был, Олег Киреев… сосед у нас, дядя Олег… – Девушка снова вытерла нос. – Извините… это правда не папа.

— Хорошо. Давайте номер телефона.

Она продиктовала номер телефона и попросила показать, в какую сторону идти, чтобы добраться до районного морга. Дягилев показал остановку маршруток…

Мать Арины Мышиной в 1992 году уехала на заработки в Москву и не вернулась. Отец сначала пытался найти ее своими силами, одновременно подавая заявления как в районный, так и во все московские отделы милиции, которые нашел по справочнику. Оказалось, что она просто устала жить в бедности, устала тащить всю семью… а там нашла себя. Через два года она прислала короткое письмо Арине, в котором попросила прощения. Письмо было без обратного адреса.