Книга Газовый убийца. История маньяка Джона Кристи, страница 103 – Кейт Саммерскейл

На первой полосе газета опубликовала фотографию Этель Кристи, которая позирует, надев купальный костюм, в саду дома десять на Риллингтон-плейс. Внутри, под заголовком «Кристи – фотограф», были опубликованы еще три снимка, которые Кристи подарил Фрэнсису Россу: Этель лежит на пляже, Этель стоит в парке, Этель улыбается под самолетом во время дневной поездки в лондонский аэропорт.

* * *

Призывы возобновить дело Эванса стали настолько громкими, что 6 июля министр внутренних дел Дэвид Максвелл Файф объявил в палате общин, что назначил королевского адвоката Скотта Хендерсона для проведения немедленного закрытого расследования на предмет того, не было ли допущено судебной ошибки. Джордж Роджерс, член парламента от Северного Кенсингтона, спросил, почему расследование нельзя провести публично, но Максвелл Файф настаивал на том, что закрытое расследование – лучший способ убедиться в том, что все доказательства будут приняты во внимание.

Другой лейбористский политик задал вопрос, финансировало ли издание «Пикториал» защиту Кристи и каким образом его редакции удалось получить «признание», опубликованное в воскресенье. Этот вопрос остался без ответа, хотя правительство получило конфиденциальную записку на эту тему из тюрьмы Брикстон: «Практически наверняка контракт на эту статью был передан через адвокатскую контору “Клифтонс”, – писал губернатор. – Мы не можем ничего с этим поделать и даже высказать свои подозрения»⁶.

Скотт Хендерсон привлек около двадцати свидетелей для своего расследования, которое прошло с 8 по 12 июля в мрачной комнате присяжных в Королевском суде на улице Стрэнд⁷. Он опросил полицейских, врачей и адвокатов, которые принимали участие в двух судебных процессах, членов семьи Тима Эванса и строителей, работавших в доме десять на Риллингтон-плейс, когда были убиты Берил и Джеральдина. Газета «Пикториал» снабдила его заявлением на 7000 слов, которое Кристи написал для Гарри в тюрьме Брикстон.

Скотт Хендерсон отправился в Пентонвиль, чтобы лично допросить Кристи. Кристи рассказал ему, что на протяжении всего расследования его разум был «очень затуманен». По словам Кристи, в своих признаниях он описывал «не столько то, что я мог вспомнить, сколько то, что я представлял, потому что сразу после всего этого я представлял себе много чего».

На вопрос, убил ли он Берил и Джеральдину, Кристи ответил:

— Мне бы так хотелось это узнать. Я хочу знать правду об этом не меньше, чем вы.

Он объяснил, что даже сейчас не уверен в том, что совершил какое-либо из убийств.

— Спасибо, – сказал он, когда Скотт Хендерсон закончил его допрашивать. – Могу ли я еще чем-то помочь вам?

В тюрьме Пентонвиль Кристи играл в своей камере с охранниками в карты и домино⁸. По их словам, он сохранял привычно ровное, улыбчивое выражение лица, хотя и говорил им, что начал страдать от головных болей и ему трудно заснуть. Он был доволен количеством и качеством тюремной еды, а также обильным запасом сигарет. Единственной его просьбой было, чтобы сотрудники тюрьмы заменили поврежденные костяшки домино в наборе у него в камере и подавали ему чай с молоком перед сном вместо какао. Кристи получил письмо от человека, с которым служил во время Первой мировой и которого с тех пор не видел⁹. «Я в добром здравии и вполне счастлив, – написал он в ответ, – и за мной очень хорошо ухаживают в этих прискорбных обстоятельствах».