Книга Неродная кровь, страница 35 – Марина Серова

— Нет, когда я второй раз из туалета вернулся, Саркис сказал, что пора по домам.

— Большое спасибо тебе, Акоп. Ты нам все очень толково объяснил, – поблагодарила его я.

— А по поводу одеяла и подушки, – все никак не мог успокоиться парнишка, – так их там точно не было. Вот честное слово, Самвел Ашотович! Не могло их там быть!

Парнишка вышел, а я спросила:

— Откуда у вас этот паренек?

— Где-то с год назад деловые партнеры из Армении попросили приютить его на некоторое время. Там вокруг него непонятные дела начали твориться, вот и нужно было ему отсидеться где-нибудь, пока там люди не разберутся, что к чему и кто виноват. Тут есть одни бездетные старики, у которых я его поселил. У них там все прямо-таки по-родственному: он их зовет бабушкой и дедушкой, по дому помогает. А они в нем души не чают и любят, как родного. А здесь он на побегушках: принеси, отнеси и так далее.

— А кто такой Саркис?

— Пустое место, – брезгливо произнес Сергей. – Отец взял его на работу исключительно из уважения к его отцу, который очень его просил. Саркис плохо учился в школе, денег на его учебу в вузе у семьи нет, но зато он умудрился жениться в восемнадцать лет, как сейчас говорят, «по залету». И жена его такая же бестолковая, как он. И сидят они вместе с ребенком на шее у двух стариков: отца и тестя.

— Ну что ж, зовите его сюда. Будем разбираться, – предложила я.

— Минутку, я сейчас узнаю у Ивана, как обстоят дела.

Он позвонил ему и вкратце пересказал ему мой разговор с Акопом, а потом, выслушав Ивана, отключил телефон и сказал мне:

— Баграм все-таки проболтался. Саркис испугался и попытался бежать из офиса, но его перехватили. Новый комплект ключей от квартиры моего отца у него был с собой.

— Ну так ведите его сюда.

— Он уже не здесь. Сейчас мы с вами кое-куда проедем, и там у вас будет возможность поговорить с этим мерзавцем.

— Самвел Ашотович, – очень серьезно начала я, – я приблизительно представляю себе, в каком духе будет идти этот разговор. Так вот, я в такие игры не играю. Я работаю исключительно в правовом поле, поэтому присутствовать при допросе Саркиса не хочу. Это будет уже прямое соучастие. Если вам интересно, я могу перечислить статьи, под которые подпадают эти деяния. Единственное, что я могу сделать для того, чтобы облегчить жизнь Ивану, – это подсказать ему вопросы, которые нужно задать, – и, видя, что Сергей собрался мне возразить, отрезала: – Решение окончательное.

Поняв, что спорить и убеждать бесполезно, он сказал:

— Хорошо. Пусть так. Пишите вопросы.

— Самвел Ашотович, я дорожу своей лицензией частного детектива, потому что больше ничего в жизни делать не умею. Это моя работа. Это мой хлеб. И терять лицензию я не хочу. Поэтому я ничего писать не буду, я их ему продиктую, причем с вашего телефона.

Геворкян не стал спорить, а вызвал Ивана со своего телефона и передал его мне.

Тот ответил немедленно:

— Серега, ты чего?

— Это не он, – сказала я. – Я не отвечаю за действия Самвела Ашотовича, но сама я к вам не приеду. Возьмите бумагу, ручку, и я продиктую вам вопросы, которые вы зададите Саркису. А потом вы расскажете мне, какие были ответы.

— Лучше я сделаю для вас запись, – предложил он.

— Нет! Вы мне перескажете все своими словами, – отрезала я. – Пишите! Первое. Когда и при каких обстоятельствах он познакомился с этой девицей. Было ли это подстроено с ее стороны нарочно или это было действительно случайно. Второе. Не важно, как она представилась. Видел ли он какие-нибудь ее документы. Где она живет, если он ее провожал домой. Если она заказывала такси, то пусть вспомнит число, время и оператора. Третье. Пусть повторит максимально подробно все, что она ему о себе рассказывала. Как правило, даже в большой куче вранья можно найти крупицы правды. Четвертое. Кто являлся инициатором встреч, кто кому звонил. Нужен номер ее телефона. Конечно, он может быть с неавторизованной симкой, но можно будет выяснить у сотового оператора, где этот номер ночует. Пятое. Особые приметы: родинки, шрамы, татуировки, любимые слова, привычки, манера поведения. На первом этапе все. Как я понимаю, этот человек в собственной постели сегодня ночевать не будет, значит, я выслушаю вас и дополню перечень вопросов, – и, не сдержавшись, укоризненно сказала: – Вы поторопились его увести. После того, что случилось, я уже никак не смогу с ним встретиться. А ведь нам нужно составить композиционный портрет девушки.