Книга Полеты над пропастью, страница 67 – Марина Серова

— В сарае, где же еще? – ответил Левша.

Услышав слово «альфонс», я предположила, что вот тут уж точно речь идет о Владимире Броненосцеве. Ведь это определение как нельзя лучше подходило к облику молодого человека, после того что я узнала о нем от Александры Персильванцевой. Значит, теперь мне предстоит разыскать этот сарай, где томится Вольдемар-Владимир.

— …так чё? Приводить его, что ль? – спросил Длинный-Левша.

— Нет, не надо. Пусть еще посидит, подумает, – сказал Карп.

— Ну, ладно тогда. Так я пойду? – спросил Левша.

— Давай, когда понадобишься, дам знать.

Через пару минут во дворе показался Длинный. Он отволок избитого им мужчину к воротам, открыл их, вышел со двора, и вскоре я услышала звук отъезжающей машины. Но в доме оставались еще как минимум двое. Останутся они внутри или же, как и Длинный, тоже уберутся отсюда? Поскольку их планы не были мне известны, то мне оставалось только ждать.

Но вот, наконец, по прошествии минут тридцати входная дверь открылась, и на территорию двора вышли Карп и Муха. Они погрузились в «Ниву» и «Тойоту» и отбыли.

Итак, какие можно было сделать выводы из того, что я только что здесь услышала и частично увидела. По всей видимости, два «братка» обсуждали свои криминальные дела. Один из них подвел другого, предоставив на время «пацана», не умевшего держать язык за зубами. Но сами бандиты быстро уладили возникшее недоразумение. Далее, Длинный-Левша, он же, по словам бармена казино «Парадиз» – «кореш» Владимира Броненосцева, пытал мужчину, подозреваемого в каком-то убийстве.

Я еще некоторое время постояла в укрытии плюща, не торопясь выходить. А вдруг в коттедже остался еще кто-нибудь? Но все было тихо, и я стала искать тот сарай, о котором говорил Длинный.

Я осторожно выбралась из-под укрывавшего меня плюща и стала снова осматривать территорию загородного дома на предмет сарая.

Вскоре я обнаружила два подходящих под это определение помещения. Они находились за коттеджем.

Очень осторожно я приблизилась к первому сараю и, посмотрев по сторонам, потянула ручку двери на себя; дверь неожиданно громко скрипнула, и я остановилась. В другое время я бы не обратила никакого внимания на этот звук, характерный для рассохшегося дерева. Но в данный момент он показался мне громовым раскатом.

Постояв с полминуты на месте, я предприняла еще одну попытку открыть «шумную» дверь, предварительно придержав ее.

Дверь на этот раз открылась почти бесшумно.

Не входя внутрь, я с порога принялась оценивать обстановку. В сарае находился один хлам из картонных коробок и деревянных ящиков, а также пустых бутылок и консервных банок. Вряд ли Владимира Броненосцева поместили сюда, как дополнение.

Значит, пора обследовать следующий сарай, который находился неподалеку.

Я, так же как и в случае с первым сараем, взялась за ручку двери, но потянула ее осторожно, помня, с каким скрипом открылась первая дверь. Однако я могла бы и не предпринимать эту меру предосторожности.

Дверь была заперта. Я еще несколько раз подергала ее, но она оставалась неприступной, как скала.

Ладно, для меня закрытые двери не являются преградой от слова «совсем». Я вынула свои универсальные отмычки, немного поколдовала над замком, и вскоре дверь была открыта. Я так же, как и первом случае, не стала сразу заходить внутрь.