Книга Полеты над пропастью, страница 66 – Марина Серова

— Где он сейчас? – глухо спросил Муха.

— Пацан твой? Да есть у меня одно укромное местечко, как раз для таких болтунов, как он. Сидит, ждет, пока я за работу заплачу. Но я решил сначала с тобой перетереть. Как скажешь, так и будет. Я не хочу лезть в твою бригаду. Скажешь, рассчитаться с ним, так и сделаю. Если же хочешь сам с ним побазарить, мешать не стану.

— Да на кой черт он мне нужен, это брехло! – Муха сплюнул на пол. – А… знаешь что? Бери его себе и рассчитывайся с ним по полной. Мне он больше не нужен.

— Вот это ты дело сказал, реально! – оживился Карп.

Потом они замолчали, и в это время раздался крик, почти такой же, какой я услышала, когда пробралась в дом. Крик сменился возбужденными интонациями, смешанными со страхом.

Кричал мужчина. Его оборвал резкий окрик:

— Сука! Отвечай, когда тебя спрашивают!

— Я… я… я ничего… не знаю! – раздался испуганный голос.

— Чего ты, сука, не знаешь? Я тебя спросил, где ты шлялся ночью? Ты, сука, говоришь, что не знаешь?! Ты чё, сука, мозги мне канифолишь?

— Я… не шлялся ночью, я…

— Убью, мать твою! Если не будешь отвечать, урою, сука! – заорал мужчина.

— Я дома был! Дома, мамой клянусь! Не убивай! – с ужасом прохрипел истязаемый и протяжно застонал.

Скорее всего этого несчастного хорошенько отдубасили. Возможно, что даже отбили внутренние органы, не оставляя внешних следов в виде синяков. Наверное, он уже мало что соображает от боли, вот и не может двух слов связать, только твердит как заведенный: «я ничего не знаю» и «не убивай».

— Слушай, Муха, что у тебя тут происходит? – недоуменно спросил Карп.

— А-а, тут один фраерок попался. Замочил одного братана и, прикинь, внаглую отпирается. Вот Левша сейчас с ним и разбирается.

— Послушай, Левша, – вдруг горячо заговорил истязаемый, – я не убивал его! Не убивал! Я никуда не выходил из дома! И Белый сказал, что подождет, пока я соберу «бабки». Да и проиграл я совсем немного…

При этих словах я насторожилась. Уж не Владимира ли Броненосцева сейчас прессуют тут со страшной силой? Ведь я не знаю его голос, и увидеть пленника с моего пункта наблюдения нельзя.

— Ну, нет мне никакого смысла его убивать, Левша, пойми ты, – продолжал убеждать мужчина.

— Ага, значит, проигрыш для тебя совсем небольшой, так, что ли? Так чего же ты сразу его не отдал? Ты, что же, не знаешь, что долг надо отдать, а то… – Левша угрожающе замолчал.

— Да знаю я, знаю, что долг надо отдать, но только… – горячо заговорил мужчина.

— Что «только»?

— Не было у меня при себе всей суммы. Я и попросил Белого немного подождать. Он согласился. А тут…

— А тут ты его и замочил! – опять заорал Левша.

— Да нет же! Он мне другом был! – отчаянно выкрикнул несчастный.

— А ты его замочил! – орал Левша. – Теперь тебе уже не надо возвращать ему долг!

— Я не убивал! – кричал мужчина.

— А если не ты сам его мочканул, значит, ты кого-то попросил!

— Да не просил я никого! Ааааа!

Послышался глухой удар, потом вскрик, и все стихло.

В комнату, где сидели Карп и Муха, вошел Длинный.

Значит, это он – Левша, и он истязал мужчину.

— Послушай, Карп, я уже устал с ним, – сказал Длинный-Левша. – А он, сука, заладил свое, и все тут! Чё с ним делать дальше?

— А чё хочешь, то и делай, – равнодушно ответил Карп. – Мне он тоже не… – нецензурно закончил он. – Так, а где наш альфонс?