Книга Кольцо с секретом, страница 91 – Марина Серова

Я, как была, пятнисто-полосатая от сажи, помчалась под окно. Гарик порысил внутрь.

Из-за окна я видела, как размещали манекен, как освобождали Римме руки, разъясняли права, настраивали видеозапись. Мадам Еккельн-Озолиня выглядела так, как будто не особо принимает участие в происходящем, кивала и расписывалась машинально, смотрела преимущественно в пол. Меня поразило ее полное спокойствие. Она выглядела, как при нашей первой встрече, безупречно, но вид у нее был как у человека, измученного долгой болезнью, уже на пороге вечности, когда появляется надежда, что вот уже скоро конец страданиям.

Итак, поехали.

Римма, постояв, двигаясь как на ходулях, приблизилась к ковру, протянула руку, сняла кортик. Потянула рукоять. Еще раз потянула, но сильнее. Дернула изо всех сил.

Она даже не знала, как он вытаскивается из ножен.

Понимая, что и видеозапись, и множество глаз бесстрастно фиксируют ее бессилие и ложь, Римма бросила кортик, осела на пол и беззвучно расплакалась.

— Вот что это было?

— Есть такие особочки и особи, которые полагают, что любовь покрывает все, – философски поведал Гарик.

— А ты так не считаешь?

— Конечно, все покрывает, успокойся. Кроме экспертиз и следственных экспериментов, – огрызнулся он, – ладно, признаюсь. Я заранее знал, что все это чушь.

— Откуда?

Он постучал пальцем по лбу – и спасибо еще, что по своему собственному:

— Во-первых, имею глаза, уши и мозг. Во-вторых и в главных, докапывался до эксперта, ну, который осматривал торс, он меня все завтраками кормил, типа, и другие дела есть, вечно ты норовишь без очереди, и так вола пинал… потом припер его к стенке, он и давай жаловаться: что, Папазян, вяжешься к человеку, ну и так же все ясно, мол, здоровый лоб бил. Не исключено, что со спецподготовкой… Я ему: что значит «здоровый лоб»? Мол, а женщина исключено?

Он замолк, выполняя рискованный маневр.

— Ну, ну? – нетерпеливо подбодрила я.

— Вот тебе и ну. Вероятность есть, говорит, где-то ноль целых хрен десятых, а то и поменьше. Раневой канал идет практически под идеальные девяносто градусов, чуть ли не образцовая фехтовальная флеш-атака, обыватели крайне редко так холодным оружием оперируют. Как-то так.

Остаток пути мы провели в полном молчании.

Выходя из машины, я пожелала Гарику хорошего отдыха и передала самые теплые пожелания счастья молодоженам.

— Обязательно передам. Отдельный тост за тебя поднимем, даже не сомневайся, – пообещал он.

— Слушай, а с Риммой-то что думаешь делать?

— А ничего, – мстительно заявил он, – вот пусть посидит и поскучает, подумает над своим поведением, может, и поумнеет на старости лет. Бабушка-потрошитель, тоже мне. Вернусь – разберемся. К тому времени, возможно, и реальный убийца подтянется.

И умчался в синие дали, где его ожидали горы, накрытые столы, армянские вина и всеобщее веселье.

Дома я заварила себе кофе и принялась наводить окончательный блеск на жилище. Пожалуй, впервые мне пришлось пожалеть об аккуратности людей, которые делали мне ремонт, – если бы следы их трудовой деятельности были бы посущественнее, то уборка и воссылание проклятий неряхам заняли бы куда больше времени и, по крайней мере, все мои мозговые ресурсы. А так я очень быстро покончила с этим, устроилась на кухне со свежей чашечкой и, чтобы окончательно успокоиться, включила один из старых добрых ужастиков. Под руку попалась бумажка с буковками, я в сердцах смяла ее и отбросила в угол.