Книга Концерт отменяется, страница 29 – Марина Серова

Пролистав еще несколько страниц в поисковике, я закрыла ноутбук, встала и подошла к окну. Звезд на ночном небе не было видно, из-за чего я поняла, что оно затянуто тучами. Будет дождь. Странно, но я почти никогда не смотрела прогноз погоды в приложении телефона, предпочитая видеть его за оконным стеклом. Наверное, из меня получился бы хороший детектив лет пятьдесят назад, когда никакими интернетами и онлайн-приложениями и не пахло. Только ручка и блокнот. А еще шляпа, плащ и дождь, конечно.

Нужно было ложиться спать. Завтра предстоял новый день, в котором, правда, предполагалось побольше конкретики. Все же у нас есть адрес, телефон, какие-то данные. Первым делом с утра – к Кирьянову. А там будет видно.

Я жаворонок, и этим все сказано. Встать в пять утра и начать работать – для меня запросто. Да и вообще, я люблю предрассветный город. Еще тишина, свежесть, сумрак. И запах кофе. Вдыхать аромат любимого напитка, делать заметки по текущему делу, планировать день, а спустя двенадцать-четырнадцать часов думать, насколько не по плану все прошло. Сколько ни планируй, всегда произойдет то, чего меньше всего ожидаешь.

Я была на ногах еще до семи утра. Не скажу, что всегда просыпалась бодрой, но почти никогда – по будильнику. Организм за столько лет сам выработал привычку вставать ни свет ни заря, так что я с полной уверенностью вообще могла не включать будильник (что, собственно, иногда и делала). Потом стоило только открыть глаза, взглянуть на часы, и – пожалуйста! – половина седьмого. Ну или двадцать минут – плюс-минус.

Я как раз сидела за утренним кофе, когда позвонил Кирьянов.

— Танюха, ты спишь? – раздался в телефоне его бодрый голос.

— Да, – так же бодро ответила я. Не люблю такие странные вопросы.

— Я так и понял. – Подполковник никак не отреагировал на мой сарказм. – Давай допивай свой кофе и через час подходи к дому убитого. Пойдем квартиру осматривать.

— О… мы наконец-то выбираем квартиру! – не удержалась я.

— Да-да. Расположение прекрасное, дом относительно новый, хороший вид. И обязательно у мертвого владельца, – усмехнулся Кирьянов.

— Все как нам нравится!

— И не говори, – в трубке раздался смешок. – Так что давай, подъезжай.

Он всегда знал, что если позвонить мне утром, то велика вероятность застать меня именно за кофе. Впрочем, если знать мою любовь к этому напитку, с кофе я могла быть в любой момент времени.

День обещал быть жарким. Солнце уже вовсю светило, на небе не было ни облачка. Так что я выбрала светлые джинсы и белую футболку, а на плечо – легкую сумку. Я не была из тех девушек, что носят с собой все, от губной помады и до отвертки, но даже минимум необходимых вещей – кошелек и телефон – не любила распихивать по карманам.

Собравшись и снова потратив некоторое время для того, чтобы найти ключи (вечно они от меня скрываются), я наконец-то вышла из квартиры. Инстинктивно посмотрев за дверь и увидев, что сегодня мне пакетов с деньгами не оставляли (а жаль), я как-то мысленно выдохнула и направилась к лифту. Это даже и лучше – чем меньше необъяснимого, тем легче оставаться в своих границах и реагировать на события так, как привыкла. В расследовании преступлений, конечно, практически всегда было что-то необъяснимое, но одно дело, когда это связано с несостыковками показаний свидетелей, а другое – с тайным наймом, непонятными сообщениями на бумажке и тому подобным. Но всегда все тайное становится явным, а все непонятное – абсолютно ясным. Я не сомневалась, что и в этот раз будет так же. Вопрос – сколько времени должно пройти, чтобы ситуация прояснилась. Я надеялась, что после посещения квартиры Александрова зацепок будет больше, чем после диалога с его пьяной неизвестной поклонницей.