Книга Ледяной лабиринт, страница 2 – Марина Серова

Кирилл оказался студентом четвертого курса Педагогического института. Будущий педагог-психолог рос сиротой. Ему было четырнадцать, когда родители погибли в автокатастрофе. С тех самых пор он воспитывался дядей со стороны матери. Последний год часто жил у Аси, поэтому ее мама, Алевтина Ивановна, так хорошо узнала его.

— А дядя Кирилла тоже не согласен с выводами следствия? – не стоило идти вразрез с желаниями семьи.

— Александр Николаевич очень сложный человек, – не сразу ответила женщина. – Мы почти не разговаривали о случившемся. Честно говоря, я не знаю как. Он не из тех людей, к кому можно просто подойти и поделиться тем, что тебя мучает.

Напоследок я попросила Асю приготовить оставшиеся у нее вещи Кирилла, фотографии, записки – все, что могло помочь мне понять характер молодого человека. Я понадеялась, что в домашней обстановке рассказ о Кирилле дастся ей легче.

В прокуратуру ехать не хотелось, но другого выхода у меня не было. В негласной войне частников и работников официальных правоохранительных органов преимущество было за последними. Честь мундира блюлась строго, и к бывшим коллегам там относились настороженно.

У пропускного пункта стоял Киря, отдавал распоряжения и периодически что-то кричал куда-то в глубь коридора.

— Владимир Сергеевич, добрый день! – отрапортовала я.

— Таня? А ты чего здесь? – Лицо мужчины светилось послепраздничным довольством. – Проходи давай. Ты ко мне?

— Увы, Киря, я иду к Папазяну.

— Иванова, ты совсем жить спокойно не любишь?

— И насколько не люблю, Кирь?

— Ненавидишь, – заключил подполковник.

— Он снова одинок? – обреченно предположила я.

— Кабинет тебе известен, – отчеканил Киря голосом родителя, отчитывающего ребенка.

Не то чтобы мне не нравился Гарик. Он хороший следователь и неглупый человек, но подчеркнуто навязчивое внимание с его стороны ко всему женскому полу, независимо от возраста и социального статуса, изрядно утомляло.

Его кабинет располагался справа от лестницы на втором этаже. Через открытую дверь до меня доносились обрывки телефонного разговора.

— Здравствуй, Гарик! – Моя сумка громче, чем планировалось, упала на стул перед ним.

— Вы только посмотрите, кто пришел – очаровательная динамщица! Ты ошиблась дверью или сегодня самый счастливый день в моей жизни? – Он вскочил с места, порываясь обнять меня.

— Остынь, ретивый! – препираться с Гариком можно было бесконечно. – Кажется, мы с тобой теперь работаем над одним делом, а у коллег в чести субординация.

— Ты полегче тут, с выражениями, – он добродушно хмыкнул. – Дай угадаю, ты по делу Зябликова пришла? Его девушка всю прошлую неделю здесь торчала.

— Ася, да. А что, она не права в своих подозрениях? – Я решила действовать аккуратно.

— Не то чтобы совсем не права, но и улик, наверняка указывающих на убийство, пока нет, либо они косвенные. Ждем токсикологию на следующей неделе. Скажи лучше, насколько тесное сотрудничество ты со мной планируешь? – Он никогда не сдавался.

— Настолько, чтобы тебе не было мучительно больно, когда ты решишь справить малую нужду.

— Угроза при исполнении… Иванова, да ты никак флиртуешь! – Я даже позавидовала тому, как легко было сделать этого человека счастливым.

— Папазян, блин! Дай мне, пожалуйста, ознакомиться с делом, а я взамен обещаю держать тебя в курсе, если что-нибудь интересное накопаю. Идет?