Книга Ловушка для дурака, страница 95 – Марина Серова

Пожалуй, эти несколько слов лучше всяких черт лица, голоса, чуть заметной картавости, бессовестно выказываемой беспринципности, нахальства и массы всего иного похожего убедили меня в том, что передо мной брат Максима. Все-таки тщеславие, высокомерие и презрение к окружающим – одна из самых ярких черт, которые бросаются в глаза моментально. И заметны больше, чем хромота, картавость, костыли.

Я решилась:

— Хорошо. Я с вами.

— Отлично. Тогда поступаем следующим образом…

Честное слово, у этого калеки не только харизма ничего себе, с мозгами у него до крайней степени хорошо. Даже Вадик-хакер, которому я пересказала Яшины мысли в качестве пожеланий по корректировке рекламной кампании, отметил, что «недурно придумано».

Первым делом запустили острое разоблачение от имени одного из любимейших Вадиковых фальшивок – скандальной губастой светской львицы, у которой проблемы с алкоголем сублимируются в злобные, но остроумные разливы помоев. Признаться, я сама не раз, почитав ее шедевры, желала свернуть ей шею, до того натурально эти нолики и единички выводили людей из себя. Откуда мне было знать, что это плод больного воображения моего друга-хакера?

Так вот, эта курица «слила» инфу о том, что известная «кошелка с баксами» (то есть бывшая Александра Рыби́на, то есть я, Татьяна, – мы решили, что под своим именем я буду натуральнее) неоднократно делала откачки жира и пластику. Так что теперь ей в ее полсотни больше двадцати семи в жизни не дашь.

— Отлично, – констатировал Вадик, глядя на ветки комментариев – это сообщение на гламурном сайте вызвало кучу реакций. Новость обросла реакциями, как днище старой посудины – водорослями и прилипалами.

— Что там дальше?

В новости про сбой городской сети банкоматов (вследствие скачка напряжения) мимоходом запустили «мнения», в числе опрошенных фигурировала и Татьяна Рыби́на, которая призналась, что после отказа от «Виз» и «Мастеркард» до сих пор разумной альтернативы не видит. А посему всему предпочитает кеш (наличные то есть. По официальной версии, наша богатая дура процветала преимущественно в англоязычном забугорье), равно как и сейфы в гостиничных номерах. Лучше – с «надежными» магнитными ключами, без утомительных, трудно запоминаемых шифров.

Вадик предложил заострить момент на любви к молокососам, но, во-первых, такого распоряжения Яков не давал, во-вторых, и мне казалось, что надо бояться перебора. Почему-то вспомнился одеколон Максима – нет, у этого типа врожденное чувство меры, легко перегнуть. Поломаем всю игру, а действовать надо наверняка, реакция нужна уже сейчас, потому что и терпение, и ресурсы мои не бесконечны.

Конечно, мы немного приподняли на рекламных статейках нескольких спа-салонов, в которых госпожа Рыби́на соизволила принять процедуры и снисходительно признать, что да, уровень вполне европейский. Да и по мелочи… но все равно, траты были не то что неподъемные, но ощутимые. Эх, дорогое это дело – справедливость!

Скорректировав исходные, я продолжила свою игру: проживала в том же отеле, фланировала по улицам – и не получала ни малейшей реакции. Прошел день, прошел второй, я снова начинала терять терпение.

И вот, прекрасным летним вечером мне показалось, что вижу до боли знакомый образ. Было тепло, но меня словно окатило ледяным душем.