Онлайн книга «Фокус с поличным»
|
— А других-то газет у нас и нету, – рассеянно проворчала я, торопливо пролистнув до нужной страницы. — Так я же в основном ее и читаю! – удивилась Мила, принявшая мое ворчанье на свой счет. — Да не, порядок… – совсем уж безучастно пробормотала я. По словам автора статьи, потерпевшая обратилась в полицию сразу, как обнаружила взлом. Произошло это в девятом часу вечера, когда Майя Ринатовна вернулась домой после трудовой смены в салоне «Прядка». Хозяйка квартиры не стала заходить внутрь, поэтому картину произошедшего разглядывала в компании стражей порядка. По результатам осмотра зафиксировали пропажу драгоценностей (ничего особого, украшения с минералами и полудрагоценными камнями, безвкусный советский дизайн). Драгоценности хозяйка держала в ящике туалетного столика – любой не слишком тупой грабитель сообразит в первую очередь порыскать там. Больше, по заверениям хозяйки, «и брать-то нечего, вона, и технику оставили». Но на деле вся квартира оказалась перерыта сверху донизу так, будто грабители искали что-то еще. Спрятанное похитрее советской ювелирки. Потерпевшая предположила, что грабители рассчитывали на что-то пожирнее, не поверили, что за прочной железной дверью не оказалось ничего дороже «каких-то говноцацек» и «долбились до результата, но все равно хреново кончили». «Вот оно, алиби», – первым делом подумала я. Официально, в газете: весь день провела на работе. Да еще и удобный статус жертвы: и диван-то ей распотрошили, и вещи из шкафа повыкидывали… любопытно, что делали во время этого раздедеха соседи… В заключение автор статьи (не Арцах, нет) осторожно провел параллель между этим ограблением и недавним налетом на отделение банка «Областной», того, что на улице имени Советских Партизан. — Как твоя работа? – Мила тем временем щедро намазала вареньем несколько булочек и придвинула мне тарелку. — Да потихоньку все… «Потихоньку, полегоньку, вот уже и клиента подстрелили, угу». Сомнений не вызывало: за эту халтурку башлей мне не видать. Действую на волонтерских началах. И тут уж не до денег: здорово было бы ноги унести, да не подставить ненароком оставшихся женщин. В чем я сомневалась, так это в том, что они такие же боевые, как Можайская. Но день рабочий я начала с визита в дом престарелых. Зинаида вышла ко мне с черного хода, сонная после ночного дежурства. Нет, Русланосич в сознание еще не приходил, и да, договор об обмене информацией в силе. Нет, никаких новостей, увы. Нет так нет. При всем несерьезном тоне досье, составленных Шуриком, информации про Жукову хватало, и фотокарточка была. Упоминались и дочери – Елизавета и Светлана, причем Светлана уже с мужниной фамилией. Я невольно прикинула, сколько обеим девочкам было в девяностом году, когда их батя участвовал в грабежах. Все-таки еще малютки. И ничего не знали о делах отца, как и мать. А что, вполне действенный способ оградить семью от лишних вопросов: ничего не знают – ничего не скажут. Совсем не то Варданян-младший, с малолетства знающий, чем мать его отца промышляла. В смысле, любимая бабуля Гаруник Арамовна. Елизавета Жукова… где-то я уже видела это имя, совсем недавно, буквально нынешним утром… Так, минуточку! Я забежала в мини-маркет неподалеку, припала к стойке со свежей прессой. Так, «Вести Тарасова»… Да вот же, имя автора под статьей об ограблении Майи. Елизавета Жукова. |