Книга Фокус с поличным, страница 87 – Марина Серова

— Я тоже не вижу смысла скандалить, – я пошла на попятную, – может, это единичный случай. Просто хотела разобраться. Для полной ясности – не подскажете, у Руслана Осиповича отчего нога подводит?

— Травма у него очень давняя. – Зинаида сочувственно вздохнула, почти замаскировав облегчение. – На правой ноге мизинца не хватает. Что-то там по молодости было, пришлось ампутировать.

— А другие следы или травмы? Если есть, то как влияют на здоровье?

Зинаида добросовестно припомнила:

— Шрам под левой лопаткой, разве что… – чуть неуверенно сообщила она. – Руслан Осипович не любит спину показывать, я случайно увидела. Он у нас довольно самостоятельный, даже и помыться сам может. Но если не справляется – в основном Дмитрия требует.

— Прямо требует? – внешне безучастно удивилась я, внутренне хищно подобравшись.

Приметы совпали!

— Да, очень они с Дмитрием сдружились. Знаете, у нас тут общество больше женское, мужчины-то не любят в таком месте… Ой, да сами понимаете, не доживают.

— Или старость не желают признавать, – подбросила я.

— Вот поэтому я думаю, что это был единичный случай! – Зинаида завернула разговор на позитивную сторону. – А так у них даже солидарность мужская, какая-никакая поддержка. Вот был у нас случай, Дмитрий с подружкой расстался…

Я еще около десяти минут слушала словоохотливую Зинаиду. Пусть человек выпустит пар, отойдет от стресса. Все, что нужно, я сейчас узнала.

Да и потом буду узнавать: Зинаида клятвенно обещала держать меня в курсе дела. Я же всячески дала ей понять, что в таком случае сохраню все в тайне от начальства.

Мол, рука руку моет и обе чисты, да?

Она была так рада, что даже не спросила у меня визитку или еще что-то. Еще бы, в таком сонном царстве, как дом престарелых – и вдруг такое происшествие, такое потрясение для всех сотрудников и обитателей. Тут и самому уравновешенному человеку понадобится время, чтоб отойти и начать обращать внимание на вроде бы незначительные детали.

Например, выяснить – существует ли вообще тот фонд, в котором я «работаю».

Мне повезло еще кое в чем. За последний год моя деятельность происходила очень далеко от Тарасова, и этого времени хватило, чтобы известность моя для обывателей сильно ослабла. Предыдущее дело со снимавшимся в Тарасове киноактером вернуло меня на родину, фигурально выражаясь. Но и тогда, повторюсь, обошлось без огласки.

Словом, мирской-светский-некриминальный Тарасов про меня успел подзабыть. Можно было не волноваться, что случайная сиделка из пансионата узнает меня.

Опасность представляла Майя Ринатовна. Конечно, она меня не узнала, значит, не могла предполагать моего присутствия при стрельбе. И я не знала, возьмется ли она довести начатое до конца, возьмется ли вообще хоть что-то узнавать о состоянии Кочанова-Кочетова.

Вряд ли. Персонал больницы проинструктирован – кого именно допускать к раненому. А полицейские ухватятся за малейшего постороннего, ищущего встречи с таким пациентом.

Обратит ли кто внимание на татуировки? Поднимут ли такие древние данные, будет ли Русланосичу грозить разоблачение?

Мое дело сейчас маленькое. Два дела, точнее: «вроде медсестра» Аглая Семеновна Жукова и Нина Антоновна Коваленко. Дам расспросить и предупредить, и все.

А Майя Ринатовна… Ох, что-то мне подсказывало, что лучше ее сейчас не трогать. Я бы и в «Прядку» сейчас не сунулась, не то что домой к Можайской. С милой этой женщины станется подумать, что я в такое неурочное время заявилась потому, что что-то знаю. Нет, пусть уж сначала успокоится. Я не собиралась припирать ее к стенке, но наше с ней недолгое знакомство подсказывало: выворачиваться умеет. Вон, целый салон работниц – все равно что толпа свидетельниц, готовых обеспечить работодательнице прикрытие.