Книга Смертельный юмор, страница 46 – Марина Серова

Да и у милой Анечки тоже. Распрощавшись, я медленно пошла в сторону выхода. Фразу о том, что она тонет, Антонида произнесла после того, как узнала, что с ней хочу встретиться я, и спешно ретировалась из университета, даже наплевав на занятия в середине дня. Значит, я иду по верному следу. И эта барышня точно имеет прямое отношение ко всем злоключениям Ираклия.

А может, мне стоит его самого спросить о ней? Должен же он знать, где и когда перешел ей дорогу?

Осталось дело за малым – узнать адрес Антониды и под каким-то благовидным предлогом наведаться к ней в гости. Но сначала мне нужно поговорить с Ираклием.

Я быстренько сбежала с университетских ступеней, нашла на стоянке свой припаркованный автомобиль. Внутри было тепло – апрельское солнышко все-таки немного пригревает. Ох, как хочется поскорее настоящей весны!

С такими мыслями я выехала на основную трассу, подумав о том, что не мешало бы поискать новинки кино о весне, о теплых днях и о чем-то красивом. Чтобы просто смотреть и, расслабившись, ни о чем не думать. Так, на ум пока приходят уже пересмотренные мной «Хороший год», «Кейт и Лео», «Чего хотят женщины». Да уж, выбор невелик. Срочно нужно мониторить новинки.

Я легко и быстро добралась до дома, у подъезда стояла карета «Скорой помощи». Меня обдало жаром.

«Только бы не к нам, только бы не к нам», – шептала я, быстро паркуясь и выбираясь из автомобиля.

Во дворе уже потихоньку собирались праздные зеваки. Кто-то стоял, укутавшись в сто одежек, кто-то выскочил в чем был – я заметила много знакомых лиц. Кто-то просто шел мимо и остановился. Как же наш народ любит зрелища и порой, как мне кажется, больше, чем хлеб. Особенно притягивают несчастья, катастрофы, болезни и беды – только дай повод об этом поговорить, как люди начнут с таким удовольствием смаковать самые жуткие подробности, что даже у меня, уже много повидавшей за свои неполные тридцать лет, волосы порой встают дыбом.

— Тянись назад, сильнее тянись! – выкрикнул рослый мужчина в меховой шапке.

«Ага, самый подходящий для апреля головной убор», – усмехнулась я.

— Да не тянись! Не слушай этого болвана! – прокричала низенькая полная женщина в мохеровом берете – видимо, супруга первого оратора. – Просто успокойся и стой на месте. Само пройдет!

— Что здесь произошло? – решила все-таки поинтересоваться я, потому что пока не заметила ничего сверхъестественного.

— Глаза-то разуй! – Ко мне повернулась «меховая шапка». – Вон бабка застряла в балконе.

Я подняла глаза. Точно! Сморщенная, лысая голова Марии Петровны из тридцать восьмой квартиры торчала между прутьями балконной решетки.

Я хихикнула, хоть это было и неуместно.

Надо сказать, что Мария Петровна отличалась довольно вредным характером и очень любила всем давать ценные советы, прибавляя к ним излюбленную фразу: «А я вот в твои годы…» или «А я бы на твоем месте…»

Она всегда выглядела «шик, блеск», как любил говорить ее младший внучок Петька, названный в честь прадеда. Всегда в кружевной косыночке, в отглаженном платье, дома – в белоснежном фартуке и домашних туфлях на небольшом каблучке, во дворе – в костюмчике, легком плаще и чулках, даже летом. В общем, не старушка, а само совершенство. Правда, с очень ядовитым языком.

Толпа становилась еще больше и больше. Кто-то уже ехидничал, кто-то еще выкрикивал советы. На балконе появились два молодых медика, по виду – чуть старше Петьки. Они попытались хорошенько дернуть Марию Петровну. Она заверещала, как деревенский поросенок, которому не дали поесть.