Книга Сенсация на крови, страница 81 – Марина Серова

У меня мелькнули перед глазами довольно приличные обувь и одежда Рыбы в платяном шкафу в спальне. Не тянет на барахло.

Оба визитера пока что не прошли ни в одну из комнат, стояли в коридоре, совсем недалеко от входной двери. Она была прикрыта, но я не слышала, чтобы запирали замок. Куприянов стоял спиной ко мне, частично загораживая стоявшего у вешалки в прихожей «скользкого». Но лицо неизвестного мне было хорошо видно.

— Плохо стараетесь за наши деньги, – недовольно прогудел Леонид Георгиевич.

Позади меня завозилась Лидия Ильинична, несомненно, услышав и опознав голос бывшего мужа. Но шебуршилась она лишь пару мгновений, и едва ли непрошеные гости нас услышали.

— Гляну еще раз. – «Скользкий» оставил упрек без внимания.

— Я говорил – смотрите, где у него может быть тайник, второе дно в комоде, в шкафу, в стенках…

— Сейчас все нычки обнаружим, простучу по второму разу, – успокоил «прилизанный» (он и вправду был с прилизанными, слишком блестящими волосами – то ли из-за геля, то ли пренебрегал мытьем головы). Из-за близкого расстояния и высокого роста Куприянова он смотрел на него, слегка задрав голову. Но смотрел уверенно и спокойно.

Тем страшнее была резкая перемена выражения его лица: изумление, затем испуг и – лицо его перекосилось от боли, изо рта брызнула слюна. Глухой звук удара до меня донесся как бы с опозданием. Потом «скользкий» упал, а Куприянов (очень я была рада, что не вижу его лица) добавил ему уже не рукой, а ногой. Большой своей ножищей в тяжелом дорогом ботинке врезал несколько раз так, что и у меня нутро сжалось.

«Прилизанный» даже вскрикнуть не мог, только сипло выдыхал и хрипел.

— Это за Рыбу, – тихо произнес Леонид Георгиевич. – Не дергайся, сука. Выползешь – веди себя хорошо, а то пришлем кого надо.

Куприянов направился в спальню бывшего коллеги, а мой взгляд против воли упал на лицо пострадавшего. Оно посерело, глаза были закрыты, а из приоткрытого рта текла розовая от крови слюна.

И в этот момент перед моим мысленным взором появилась фотография второго нападавшего, по базе опознанного и подтвержденного задержанным напарником. Того самого нападавшего, который до комы травмировал Виктора Ивановича.

Невольно я сдержала свое обещание, данное Шуре Осколкину. Только этот типчик попался мне вовсе не по дороге из магазина.

Но размышлять было некогда. Куприянова могли ждать коллеги, а в процессе поиска он мог обнаружить нас с Ильинишной.

Надо было выбираться.

Я приоткрыла дверь чуть шире и увидела, что Куприянов прикрыл за собой дверь в спальню.

— Сидите здесь! – шепотом приказала я. – Я разберусь.

— Да! – только и сказала Рубиновая. Она явно прочувствовала критичность ситуации.

Я бесшумно выскользнула из кладовки и закрыла за собой дверь, в два шага преодолела прихожую и вылетела вон из квартиры. Никого. В окно на лестничной площадке было видно машину, на которой Куприянов приезжал на похороны.

Я стянула латексные перчатки, громко потопала на лестничной площадке (на моих ногах были осенние сапоги сорта, который люди попроще называют «говнодавы»). И еще громче попрощалась с несуществующей собеседницей мерзким высоким голосом:

— Карочи, Дашуль, до завтра, да! – Потопала еще немного и локтем распахнула дверь в квартиру покойного. – Ой, батюшки, это что ж такое-то? И дверка не заперта, чтой-то вообще?