Книга Криминальный оракул, страница 44 – Марина Серова

— Тоже переодетый? – Кэп, судя по голосу, был крепко озадачен. Проще говоря, неслабо охренел.

— Нет, без грима, и шмотки мужские были. Я потому его сейчас и узнала. – Я потянулась к миске с мясной нарезкой, выхватила пару ломтиков сервелата. – Слушай, чего я тебе буду рассказывать. Приезжай, сам все увидишь. У меня тут и свидетелей полна коробочка.

В трубке послышался вздох.

— Вечно у тебя, блин… – только и протянул он, прежде чем дать отбой.

А чего ты хочешь, мысленно ответила я, жуя. Я тебя по пустякам не тревожу. И, между прочим, один из случаев нашей совместной работы как раз и позволил тебе неслабо продвинуться по службе.

Людмила на диване слабо закряхтела, но в себя не пришла.

— Чё там? – спросила у меня Нонна. – Легавые едут?

— Да, сейчас приедут. – Я взяла тарелку и набрала всего понемножку. Если Кэп потащит всю нашу компанию на допрос, нужно подзаправиться. Хотя, быть может, обойдется малой кровью.

Из комнаты вышел Руслан, зевая и потягиваясь. Надетая на нем пижама была больше, чем надо, оттого ребенок выглядел еще более хрупким и усталым.

— О, Руслаша! – оживился Коновалов. – Кушать будешь?

Вот, почти все в сборе, устало подумала я, окидывая взглядом гостиничный номер. К счастью, не очень пострадавший в результате нападения.

— Э, это не трогай, – продолжал опекать мальчика Рональд Петрович. Взял у него тарелку, приговаривая: – Вот лучше я тебе салата положу, колбаски…

— А где Павел? – сообразила я. – Только его и не хватает.

— Лять, точно! – спохватилась Нонна. Наклеила пластырь на бровь, разгладила, припоминая: – Вроде говорил, внизу будет, в ресторане. Кофей пошел хлебать. По чесноку, я б сбегала проверить. Не хочу с полицаями контачить. Не лажу я с ними.

— Он в подсобке, – с будничным видом оповестила Василиса Ефимовна.

На гадалку обернулись все, почти синхронно.

Кроме Руслана: мальчик сосредоточенно уписывал за обе щеки и салат, и колбаску, и горячее. И верно, какое ему дело до взрослых разговоров. Ох, удалить, удалить бы его подальше от этого театра теневых действий, пока не пострадал.

— То есть – в подсобке? – тихо и озадаченно переспросил Коновалов.

— В подсобке в ресторане. Внизу. На первом этаже. – Василиса делала глоток чая через каждое слово. Прищурилась, невидяще глядя в стену, и заключила: – Связанный и с кляпом во рту.

— Так, я пошла. – Нонна Тимофеевна вернула нож в сапог.

Павел действительно нашелся там, где указала Комарова. По словам Загребец, бледный, взопревший и «капитально упакованный».

Пока мы дожидались полицейских, выяснилось следующее: звонок в полицию сделал Павел, более того – как раз по указке Макова. Я попыталась расспросить Павла, как Маков заставил его это сделать. Заплатил? Бил? Угрожал?

Павел, до сих пор трясущийся и косящийся на обезвреженного Макова, выдавил только, что Маков кое-что ему сказал. Шантажировал, как он выразился, «деталями личного свойства». Дальше я решила не расспрашивать: и без того возня предстояла изрядная. А причастность Павла вполне подтвердится записью с камер слежения.

Спустя три часа я стояла с Кэпом неподалеку от полицейского отделения, у бистро. Алехин, будто молодость вспоминая, зло и устало жевал второй по счету пирожок с мясом. Бистро было приличное, так что о качестве пирожков можно было не беспокоиться.