Книга Старая любовь - новые неприятности, страница 56 – Марина Серова

— Почему бы вам и вправду не перейти в убойный отдел? Вы умеете застать преступника врасплох.

— Но вы-то не преступница. — Следователь испытующе посмотрел на меня.

— Дмитрий Вячеславович, — отбросив на этот раз всякое актерство, серьезно ответила я, — вам я могла бы назвать имя моего клиента даже без официального запроса. Но поверьте, у меня есть причины не предавать его огласке. Во всяком случае, пока.

— Что ж, удачи, Татьяна Александровна, — улыбнулся следователь, и я наконец вышла из кабинета.

Вот так Первайкин, всем следователям следователь! Держа в одной руке чашку с эспрессо, уже вторую за этот вечер, другой я сосредоточенно вырисовывала кружочки в своем блокноте. После чего столь же методично их вычеркивала. Не знаю, по какой причине Первайкину пришло в голову, что моей клиенткой могла оказаться Осокина, но насчет Лиховцевой — стопроцентное попадание. Жаль, что ввиду своей профессиональной щепетильности я не смогла выведать его соображения по этому поводу, ведь и мне бы тогда пришлось раскрыть свои карты.

И почему проницательный следователь остановил свой выбор именно на дамской половине списка? Ведь он опрашивал не только Лиховцеву и мушкетеров, в том числе и здравствующего на тот момент Аверченкова. Но из списка на конкурс моих клиентов он их почему-то исключил. Однако припомнил Осокину, хотя, по его же собственному утверждению, прямого касательства к делу об убийстве ее брата не имел.

А может, ну ее, эту конфиденциальность, и я все же раскрою Первайкину имя моей клиентки, чтобы выслушать выводы высокопрофессионального следователя на этот счет? В конце концов, это в интересах самой Лиховцевой.

Я уже потянулась было к телефону, но тут он меня опередил. В смысле, телефон, на экране которого высвечивался неизвестный номер. Зато голос, который я услышала, ответив на звонок, оказался мне знаком.

— Татьяна Александровна? — вопрошал голос Ларисы Аверченковой. — Ничего, что я так поздно беспокою?

— Нет-нет, все в порядке, — заверила я, недоумевая, что могло побудить вдову позвонить мне после сегодняшней длительной беседы, да еще накануне похорон. — Что-нибудь случилось?

— Видите ли, — судя по голосу, Аверченкова находилась в некотором замешательстве, — я позвонила жене Викентьева, Екатерине.

— Той, что живет в другом городе? — уточнила я, не вполне понимая, зачем Ларисе понадобилось уведомлять меня об этом звонке.

— Да, — с энтузиазмом подхватила Аверченкова, явно довольная, что я сразу же вспомнила, о ком идет речь. — Я рассказала ей о расследовании, только в самых общих чертах. Может, мне не следовало этого делать?

— Все в порядке, Лариса, — поспешила я успокоить явно стушевавшуюся женщину. Мне не терпелось услышать продолжение, если, конечно, оно последует. И я не обманулась в своих ожиданиях.

— Катя будет в Тарасове уже завтра утром, — с явным облегчением сообщила Аверченкова.

— Она все-таки решила присутствовать на похоронах? — не смогла я сдержать своего удивления, вспомнив, что именно рассказала Лариса об отношениях супругов Викентьевых.

— Нет, она приедет повидаться со мной, поддержать… — Лариса на секунду умолкла. — На похороны она все же не пойдет, ведь там будет Викентьев. Я ее понимаю и не виню. Но звоню я не только поэтому.

Спасибо, я уже догадалась.