Книга Рецепт убийства для настоящей лентяйки, страница 86 – Мэрион Чесни Гиббонс

— Только если они не такие, как миссис Барр, – сухо заметила Агата. – Она продает дом. Эта корова имела наглость заявить, будто это я ее прогнала, но в действительности она получила огромный дом в наследство от своей тети на пути в Анкомб.

— Я думал, что она из пришельцев, – признался Рой. – А теперь вы говорите мне, что у нее была по крайней мере одна родственница, проживавшая поблизости.

— Послушай меня: если ты не родился и не рос непосредственно в Карсли, то ты пришелец, – сообщила Агата. – О, и есть еще одна новость про нее.

Она рассказала Рою про спектакль, и он визжал от смеха.

— Это должно быть убийство, Агги, – выдал Рой.

— Нет, больше я так не думаю, и теперь мне на это плевать. Я сегодня заходила к Экономидесу. Он сказал, что очень рад спустить это дело на тормозах, рад, что им больше никто не интересуется. Причина в том, что тот киш, который он мне продал, на самом деле испекли в заведении у его двоюродного брата в Девоне, а у двоюродного брата новый зять. Зять на него работает, но разрешения на работу у него нет.

— А, это объясняет его поведение, а то, что Джон Картрайт – вор-взломщик, в свою очередь объясняет его поведение. Но что там с женщинами, с которыми Каммингс-Браун крутил романы? Как там сумасшедшая Мария?

— Я думаю, что она просто сумасшедшая, Барбара Джеймс – крепкий орешек, Элла Картрайт – любительница гульнуть на стороне, а у миссис Барр тоже крыша немного поехала. Но я не думаю, что кто-то из них убил Каммингс-Брауна. Так, я снова говорю на эту тему. Это не убийство, Рой. Билл Вонг был прав.

— Остается Вера Каммингс-Браун.

— Что касается ее, то мне в голову в один момент внезапно ударила мысль, что это ее рук дело и все очень просто. Она внезапно подумала про убийство, когда я оставила свой киш в школе. Она пошла домой, выбросила мой и испекла новый.

— Блестяще, – кивнул Рой. – И ей все сошло с рук, потому что Экономидес так испугался из-за отсутствия разрешения на работу, что не посмотрел толком на киш, который, как предполагалось, испек он сам!

— Хорошая теория. Но полиция ее проверила, и она оказалась несостоятельной. Они осмотрели все у Веры в кухне: кастрюли, сковородки, продукты и даже сливную трубу. В день убийства она ничего не пекла и не готовила, совсем ничего. Оставь это дело, Рой. Ты заставляешь меня считать это убийством, а я только что постаралась забыть обо всем. Давай вернемся к более интересным вопросам… Ты нацелен остаться в «Педманс»?

— Боюсь, что да, Агги. В некотором смысле в этом виноваты вы. Если бы вы не организовали мне такую рекламу, я бы не поднялся так быстро по служебной лестнице. Хотя я сейчас вам кое-что предложу. Запускайте дело, а я вам буду сообщать, если узнаю, что какой-то клиент хочет поменять фирму… Конечно, не из моих. Но это все, что я могу сделать.

Агата почувствовала пустоту внутри. Амбиции, которые так долго ее подпитывали, теперь, казалось, уходили, как вода в сливную трубу. Попрощавшись с Роем, она вышла на улицу и бесцельно прогулялась по ночным улицам Лондона, словно в поисках себя прежней. На площади Пикадилли на Агату уставились два подозрительных типа с белыми лицами и пустыми глазами, и ей пригрозил какой-то нищий. Казалось, что от тротуаров и зданий все еще исходит жар.