Книга Убийства в одном особняке, страница 85 – Стейси Хакни

Детектив Робертс дожидался в кабинете Сюзанны, за ее рабочим столом. Со своими мощными плечами он казался здесь просто огромным. Он не потрудился встать, когда Лайла вошла, только кивнул офицеру, чтобы тот закрыл дверь.

— Что здесь происходит? – резко спросила Лайла.

Детектив Робертс кивком велел ей сесть.

— У меня к вам несколько вопросов.

— О чем? – спросила Лайла, порадовавшись, что успела опуститься на стул, потому что ноги у нее задрожали от угрожающего выражения лица детектива. Возможно, она все-таки запаникует.

— Вы сегодня заходили в квартиру Эмили Кэнтербери?

Пульс Лайлы участился.

— Нет. С утра я оставила у нее под дверью записку и маффины, а после обеда заходила еще раз, но дверь никто не открыл.

— Во сколько это было? – спросил детектив Робертс.

— Около часа дня.

Детектив Робертс впечатал мясистые ладони в стол. Кольца на безымянном пальце у него не было, но на его месте осталась бледная полоска. Видимо, недавно развелся. Она свое кольцо продала, чтобы сделать очередной взнос по кредитным картам.

— Забавно, что вы не спрашиваете, как дела у мисс Кэнтербери, – заметил детектив Робертс.

— Это потому, что я несколько минут назад говорила с Джеймсом Форрестером и знаю, что произошло. – Лайла судорожно сглотнула.

— Тогда вы в курсе, что мисс Кэнтербери убита. Точнее, ее застрелили.

— Подробностей я не знала. Какой ужас! – От одного этого слова, убита, у Лайлы по телу опять пробежала дрожь.

— Вашу записку нашли у мисс Кэнтербери в кармане – ту, где вы настаиваете на немедленной встрече. Также у нас есть мобильный телефон мисс Кэнтербери, где она пишет, что вы можете к ней зайти, а вы отвечаете, что стоите у двери.

— Я уже сказала, что мне никто не открыл.

— Это лишь ваши слова. – Детектив Робертс скрестил руки на груди.

Лайле показалось, что стены сдвигаются, сжимая ее. Дышать стало труднее.

— Вы что… вы хотите сказать, что я как-то связана с ее смертью? – Голос Лайлы дрогнул.

Детектив Робертс задрал брови, словно предлагая ей самой ответить на этот вопрос.

Лайла покачала головой.

— Я никого не убивала. Я никогда не причинила бы зла Эмили. Я несколько дней не видела ее.

— Я так понимаю, у вас был конфликт. Она хотела, чтобы вас выселили из здания. Вас и вашу дочь. Вчера она звонила Сюзанне с жалобами.

— Я об этом не знала. – Лайла внутренне вскипела: оказывается, Эмили пыталась выставить ее из дома, хотя она ничего ей не сделала, разве что разбила стекло в рамке с фото. Лайла снова сглотнула, сообразив, что узнала обо всем уже после смерти соседки. Это было ужасно.

— Вы хотите сказать, что не знали, что мисс Кэнтербери просила Сюзанну лишить вас статуса жильца, потому что вы не проходили официального процесса одобрения кандидатуры?

— Да, именно это я и говорю, – подтвердила Лайла.

— А как насчет записки, оставленной вами мисс Кэнтербери? С какой стати вы написали, что хотите встретиться для обсуждения неотложного личного вопроса принципиального значения? Предполагаю, вы имели в виду ваше проживание в «Примроузе» и намерение мисс Кэнтербери вас выгнать?

— Я не знала, что она хочет, чтобы меня выгнали. Я собиралась поговорить с Эмили про Софию Кент. Меня это никак не касается. – У Лайлы внезапно дрогнул голос. Уж не прозвучало ли это так, будто она лжет?