Книга Убийства в одном особняке, страница 46 – Стейси Хакни

— Совершенно случайно. – Джун снова подлила себе коктейль.

В тот же день после обеда Лайла готовилась усаживать Беа за домашнее задание, включавшее страницу упражнений по математике и четверть часа чтения вслух. Она сделала глубокий вдох, настраиваясь на уговоры и подкуп.

— В школе я думала про Софию и поняла, что нам надо сосредоточиться на мотиве. В «Она написала убийство» мотив преступления всегда приводит к убийце, – объявила Беа, расхаживая вокруг стола.

— В школе надо думать про школу, – ответила Лайла.

Беа остановилась.

— К твоему сведению: миссис Мейзли сегодня выбрала меня, чтобы я читала вслух перед классом, и сказала, что я справилась великолепно. Ни в одном слове не ошиблась. Вот так.

— Серьезно? – Лайла улыбнулась: отзываться положительно о школе было для Беа крайне нехарактерно. – Милая, как здорово!

Беа пожала плечами.

— Теперь мы можем поговорить о Софии?

Лайла похлопала по стулу рядом с собой, и Беа села.

— Давай заключим сделку. Ты делаешь домашнюю работу. А после этого я тебе рассказываю про мой разговор с сестрами Уиллоби. Они слышали, как София в день убийства говорила с кем-то по телефону. И выглядело это так, будто ее шантажируют.

Глаза Беа вспыхнули.

— Шантаж? Да это же мотив!

— Знаю, – сказала Лайла, польщенная реакцией дочери.

— Мам, ты допрашивала свидетелей! – воскликнула Беа под впечатлением. – Круть!

— Да ничего особенного. – Однако Лайла и сама была впечатлена собой и тем, как, проявив инициативу, разузнала кое-что новенькое об убийстве Софии.

До обеда она успела расчистить столовую, вытащив из нее все коробки. Стулья там были старомодные, с высокими спинками и сиденьями в бело-синюю полоску. На полу лежал старинный персидский ковер разных оттенков розового и голубого. В окно лился солнечный свет, и от хрустальной люстры по стенам разбегались золотистые блики. Лайла подтолкнула домашнее задание к Беа через стол.

Беа взяла карандаш и приступила к работе. Лайла не верила своим глазам. Это была мелочь, но она гордилась тем, как ее дочь методически решает один пример за другим. Кончик ее языка чуть заметно высунулся между маленьких белых зубов – как всегда, когда она старалась сосредоточиться.

Беа перевернула листок с заданием на другую сторону. Карандаш царапнул по бумаге. Она внезапно заговорила, не глядя на Лайлу:

— Ты скучаешь по нашему старому дому?

Лайла закусила губу, думая, как ответить. Скучает ли она по их прекрасному чистому дому с джакузи в ванной и собственной гардеробной? Да, сто раз да. Но ради Беа ей надо сохранять оптимизм.

— Не особенно.

— А я скучаю. И по тому, как папа приходил на мои соревнования по софтболу и называл меня своей Беа номер один.

В груди у Лайлы стало жарко. Райану следовало быть здесь. Нельзя, чтобы Беа так по нему тосковала.

— Уверена, папа тоже хотел бы пообщаться с тобой, – сказала Лайла.

— Тогда почему он не звонит? – еле слышно спросила Беа.

— Я же говорила, он не может связываться с нами, потому что тогда ФБР узнает, откуда был звонок, и арестует его. Нельзя, чтобы это случилось, пока он не собрал доказательства своей невиновности.

У Лайлы на лбу выступил пот. Сколько еще она сможет скармливать Беа эту ложь? Когда уже признается, что доказать невиновность Райана невозможно и он, скорее всего, больше не вернется? Ей бы хотелось, чтобы он прислал хотя бы открытку или электронное письмо, что угодно, лишь бы Беа знала, что отец ее не забыл.