Книга Кот – агент ФБР, страница 42 – Гордон Гордон, Милдред Гордон

Одним быстрым движением, как будто связывая теленка, он схватил задние лапы Чока, подхватил его как следует, протащил вниз головой через прихожую в кухню к задней двери и уронил там без церемоний. Он открыл щеколду на двери, и Чок, также пробормотав в ответ ему несколько крепких выражений, выглянул наружу.

— Выметайся отсюда живо, ты, бабуин, – прорычал Зик. – Вали, вали, пока я не сломал тебе…

Услышав позади себя легкие шаги, он умолк. Он почувствовал, что там стоит Пэтти, и отчетливо представил себе выражение ее лица. Под его ногами вышагивал Чок, твердо и с достоинством переставляя лапы. Теперь, когда к нему подоспело подкрепление, он не собирался отступать.

Зик мягко сказал:

— Послушай, друг, сегодня теплая, чудесная ночь. Иди, получи от жизни удовольствие.

Он обернулся:

— О, привет. Не знал, что вы рядом. Он, кажется, никуда не собирается, а уже девятый час.

Он коротко рассмеялся.

— Я думал ободрить его. – Он осторожно приложил ногу к заду Чока и подтолкнул того прочь.

Как будто посредством магии, Чок снова оказался внутри дома прежде, чем Зик успел закрыть дверь.

Пэтти сказала:

— Невозможно заставить его делать что-то против воли. Он упрям так же, как и остальные Рэндаллы.

— Он должен идти, – заявил Зик. – Тридцать человек ждут его.

Она достала из холодильника кусок сырой говядины, вышла за дверь и потрясла им. Чок с любопытством разглядывал это представление из-за двери черного хода. Неужели они считают его настолько наивным? Чтобы именно Пэтти прибегла к такому недостойному приему…

Пэтти подняла глаза на Зика.

— Даже если нам удастся выманить его наружу, он будет просто уныло бродить вокруг дома. Прошлой ночью у него было слишком много приключений.

При этих словах Чок развернулся и направился обратно в спальню. Пэтти извинилась и ушла помогать Майку с домашним заданием, а Зик пошел вслед за Чоком. Тот не торопился. Он остановился, чтобы поиграть немного с прошлогодним рождественским подарком – мышкой, набитой кошачьей мятой. Правда, внутренности мышки давно уже куда-то испарились, и осталась одна сморщенная шкурка. Чок всегда получал рождественские подарки наравне с остальными членами семьи, зато открыток ему дарили меньше, чем всем прочим. В годы своей молодости он мог часами играть с подарками, но теперь он был выше подобных глупостей. Нет, он всегда готов пару раз шлепнуть по подаренной игрушке, выражая таким образом свое удовольствие и благодарность, но вместе со зрелостью к нему пришло чувство собственного достоинства. Для каждого действия должно быть свое подобающее место. Место очень важно, а в этой семье соблюдать этот принцип особенно трудно.

Зик выждал, пока Чок вернулся в спальню, а затем прибегнул к грубому трюку. Он презирал себя за это, но в своем глубоком отчаянии просто не мог удержаться. С кажущейся небрежностью он начал фланировать вокруг Чока, вытянувшегося на кровати во всю длину. Чок держал голову приподнятой и отслеживал взглядом его передвижения.

Оказавшись рядом с задними лапами кота, Зик сделал вид, что смотрит в окно. Он стоял в такой позе, пока Чок не почувствовал себя в безопасности и не опустил голову на покрывало. Он закрыл глаза и настроился на долгий ночной отдых. По-прежнему стоя у окна, Зик снял туфли и крадучись приблизился к коту сзади. При этом он не забывал выискивать взглядом на полу скрипучие доски, которые могли бы его выдать, как учили его в свое время в Академии ФБР. Его движения были медленными и мягкими, дыхание приглушено. За все годы работы агентом он никогда не проявлял большего мастерства. Одним стремительно исполненным блестящим движением он упал на кровать, схватив в то же мгновение передние лапы Чока левой рукой и крепко замкнув их. Прежде чем Чок успел среагировать, Зик всем телом прижал его к кровати, зафиксировав таким образом и задние лапы и не дав ему возможности предпринять какие-либо активные действия.