Книга Кот – агент ФБР, страница 28 – Гордон Гордон, Милдред Гордон

Зик продолжил:

— Вы, вероятно, недоумеваете, каким образом мы собираемся идентифицировать информатора после того, как он покинет дом, – ведь это просто черный кот, который похож на любого другого черного кота. – Он улыбнулся. – Возможно, какой-нибудь черный кот сказал бы вам, что это не так и что каждый черный кот индивидуален и непохож на других, так же, как китаец не спутает между собой других китайцев, но для меня они все на одно лицо. Поэтому мы собираемся обеспечить узнаваемость нашего информатора путем нанесения фосфоресцирующей краски на кончик его хвоста.

Длинная худощавая фигура Зика, склоненная над двусторонним радиопередатчиком, весьма странно смотрелась в кресле, обшитом голубым набивным ситцем. Радиопередатчик был установлен рядом с телефонным аппаратом в спальне Пэтти. Стоявшие в дверях Ингрид и Майк завороженно наблюдали за происходящим. Глаза Майка не отрывались от оборудования, глаза Инки – от человека.

На кровати рядом развалился Чок. Свой хвост с внезапно побелевшим кончиком он изогнул дугой, чтобы иметь возможность дотянуться до него языком. Но как бы энергично он ни пытался его отмыть, ему никак не удавалось вылизать кончик хвоста дочиста, и поэтому он был глубоко несчастен. Все, похоже, хвост испорчен на всю жизнь. В последний раз его мазали краской, когда Майку было десять лет. Тогда его приводили в порядок всей семьей. Как он объяснит своим друзьям, что с ним произошло? Что подумает, например, Игрок, живущий в соседнем квартале? Конечно, сказать Игрок ничего не скажет, ведь Чок иногда приглашает его к себе в дом на мисочку молока, жидкости, которую сам презирает, но думать-то ему не запретишь.

Зик произнес в микрофон:

— Четырнадцатая машина. Вызываю четырнадцатую машину.

Ответ прозвучал немедленно:

— Четырнадцатая машина на связи. Мы на месте. Все готово.

Зик продолжал проверять связь:

— Пятнадцатая машина. Вызываю пятнадцатую машину.

И так с каждой машиной, пока он не проверил их все.

Заканчивая, он услышал, как хлопнула входная дверь. Ингрид резко повернулась, но потом передумала. В любой другой вечер она побежала бы встречать Пэтти, чтобы обнять ее и выслушать последние новости из мира моды и бизнеса. Инки с нетерпением ожидала счастливого момента, когда она тоже сможет получить работу модели, и отчаянная надежда на то, что она действительно сможет это сделать, заставляла ее практически полностью отказываться от сладкого, кроме разве что стаканчика пломбира с сиропом и орехами.

Пройдя через холл, Пэтти спросила, употребив свой строгий «воспитательный» голос:

— Инки, что произошло в ванной комнате?

Она вошла в спальню и резко остановилась, увидев Зика. Он быстро заговорил:

— Это моя вина, мисс Рэндалл. Мы там снимали у Чока отпечатки пальцев. Мне следовало все убрать. – Он добавил: – У нас возникли небольшие проблемы.

Майк вставил свое слово:

— Хорошо все-таки, что мамы сейчас нет дома.

Ингрид торопливо сказала:

— Это была моя идея, сестричка. – Она обернулась к Зику: – Вы прелесть, что берете вину на себя, но я вам этого не позволю, хоть и приятно видеть мужчину, который защищает женщину. Не так уж много таких мужчин.

— Вот чепуха, – бросил Майк.

Пэтти швырнула свой жакет на кровать рядом с Чоком и нагнулась почесать ему за ушами. Чок вытянулся и громко заурчал. Она, без сомнения, умела чесать за ушами лучше всех на свете.