Книга Белая Бабочка, страница 84 – Уолтер Мосли

И тут я заплакал. Мне было так же скверно, как на похоронах матери. Слезы текли по лицу, и я хлюпал носом, ощущая руку отца и слыша плач старухи, сочувствующей моему горю.

Я взревел и ударил кулаком по столу. Каждый раз после утраты я терял страх смерти. Я ненавидел смерть и готов был встретиться с ней лицом к лицу, чтобы вырвать ей глаза.

Успокоившись, я убедился, что моя любовь к Регине прошла. Во всяком случае, заметно поостыла. Я все еще тосковал по Эдне – как по собственному детству, каким бы оно ни было.

Едва я овладел собой, как по сигналу, зазвонил телефон.

— Да?

Я знал, что это не Регина, и понимал, что уже никогда не увижу ее.

— Мистер Роулинз?

— Да.

— Это Сильвия Брайд.

— Слушаю вас.

— Вы что-нибудь наскребете, если я верну вам девочку?

— Какую девочку?

— Пошел ты к черту!

— Ну-ну, меня не проведешь. Если есть доказательства, тогда я готов пойти навстречу. И они тоже.

Несколько секунд она молчала. В тишине я слышал детский плач.

— Вы знаете «Белдин Армс»?

— Конечно. – Так назывался большой жилой дом на Шестьдесят третьей улице.

— Встретимся там через час.

— Какая квартира?

— Подъезжайте прямо к дому. – Она повесила трубку.

Я надел бежевые хлопчатобумажные брюки, сине-зеленую рубашку и сандалии на босу ногу. За поясом сзади пристроил пистолет 38-го калибра, а в кармане – 25-го.

Когда я выходил, зазвонил телефон, но я не стал возвращаться. Другие дела могли подождать.

Ровно через час я подошел к зданию «Белдин Армс», осмотрел в холле почтовые ящики, но имени Сильвии Брайд не нашел. Тут по ступенькам сбежал невысокий мальчишка и вперевалку, для важности, направился ко мне, явно ожидая вознаграждения.

— Вы ждете леди?

— Что?

— Леди сказала, что вы дадите мне доллар, если я покажу, где она.

Я дал ему доллар, и он побежал к двери.

— Она в парке.

— В каком?

Мальчишка указал направление.

— Вон там. – Он держался со мной покровительственно.

Белдин-парк, залитая цементом площадь с четырьмя соснами на лысой лужайке, находился в конце квартала. Сильвия Брайд сидела на скамейке.

На ней были красные шелковые брюки, зауженные внизу, красная китайская блузка и голубые туфли. Грязные неухоженные волосы она зачесала назад. Полупустая пачка «Лаки страйк» лежала у нее на коленях.

— Где ребенок? – спросил я, приблизившись.

— Садитесь. – Она держалась спокойно, чуть застенчиво.

Я опустился на скамейку.

— Где ребенок?

Из-за целлофановой обертки сигаретной пачки она достала фотографию и дала ее мне. Я увидел Синди Стар с черным младенцем.

— У меня целый альбом их фотографий. Даже идиот поймет, что она его родная мать. У меня есть еще дневник Синди. Там много страниц посвящено Физи.

— Это настоящий дневник?

— Что?

— Она записывала события ежедневно или писала только о ребенке?

— Нет, нет. Синди была очень образованная. Она ведь посещала колледж, вы знаете. Она постоянно сочиняла стихи, а также описывала свои переживания…

— Она вела дневник до последнего дня?

— Не знаю. Я не читала его. Все-таки это ее дневник.

— Но… – Я замолчал. Зачем ей знать, как ценен этот дневник.

— Мне нужно две тысячи долларов, я хочу получить их наличными прямо в руки, а взамен отдам вам ребенка, дневник и альбом.

Я полез в карман.

— Сейчас посмотрим, вы хотите десятками или двадцатками?