Книга Тёмные очки, страница 76 – Джон Диксон Карр

— Да, но… Послушайте! Неужели это достаточное основание для того, чтобы лишить себя жизни?

— А вы попробуйте поставить себя на мое место, пережить то, чему здесь подвергаюсь я. Когда тебя обвиняют в том, что ты – отравительница, что убиваешь людей, убиваешь их таким страшным способом. Когда ждешь, что каждую минуту тебя могут арестовать и не арестовывают только потому, что нет достаточных улик. А потом представьте себе, что ты едешь на Средиземное море и видишь все эти удивительные вещи, которые раньше были тебе недоступны, несмотря на то что твой дядюшка – миллионер. А потом попробуйте вернуться назад, ко всему тому ужасу, от которого бежали. Попробуйте! Попробуйте! И вы поймете, что я испытываю.

Она сжала руки.

— О, сейчас это уже прошло. Но в ту минуту, когда я сошла с парохода, я чувствовала только одно: не могу этого вынести. Я ни о чем не раздумывала. Если бы я хоть на минутку задумалась, я бы сочинила какую-нибудь правдоподобную историю и не стала бы мямлить и заикаться от страха, когда аптекарь начал задавать свои вопросы. Все это мне пришло в голову позже. Но в тот момент я думала только о том, что цианистый калий действует быстро и безболезненно; достаточно сделать глоток – и конец, тебя уже нет. И еще я подумала, что в Ист-Энде в Лондоне меня никто не знает. Мне кажется, мысль о самоубийстве, о том, что надо положить этому конец, пришла ко мне тогда, когда пароход поднимался вверх по реке, когда я увидела улицы, дома и все остальное.

Эллиот отложил карандаш в сторону.

— А как же ваш жених? – спросил он.

— Мой жених?

— Неужели вы хотите сказать, что собирались купить яд и лишить себя жизни как раз в то время, когда вы должны были выйти замуж?

Она махнула рукой жестом отчаяния:

— Я же вам говорю: это был порыв, настроение. Кроме того, было еще и другое. Все было так замечательно, прежде чем случился весь этот ужас, – я надеялась, что у меня наконец все будет хорошо. Когда я встретила в Лондоне Джорджа…

— Вы встретили его в Лондоне? – переспросил Эллиот.

— О, черт! – прошептала Марджори, поднеся руку к губам. Она смотрела на него не отрывая глаз; потом на лице у нее появилось выражение усталости и цинизма. – Впрочем, не важно. Почему бы вам об этом не узнать? Для меня это большое, просто громадное облегчение – снять с души этот груз.

— Мы с Джорджем знакомы уже давным-давно. Я встретила его в одном доме – это был один из тех редких случаев, когда дядя Маркус отпустил меня в Лондон одну, – и я отчаянно в него влюбилась. Я то и дело удирала в Лондон, чтобы с ним встретиться. О, между нами ничего такого не было. Потому, наверное, что у меня не хватало смелости. Уж такая я есть.

Она сидела, низко опустив голову.

— Но мы решили, что до поры до времени неразумно знакомить Джорджа с дядей Маркусом. Во-первых, дядя Маркус всегда… всегда… был недоволен, когда у меня бывали молодые люди. Я хорошо вела хозяйство, отлично смотрела за домом, и всем было очень удобно, что я есть, – ну, вы понимаете, что я хочу сказать.

Она покраснела.

— Во-вторых, Джордж отлично знал, каков характер у дяди Маркуса. Был бы колоссальный скандал, если бы он узнал, что что-то происходит у него за спиной. Вы можете это понять?

— Да, я отлично это понимаю.

— Мы считали, лучше сделать вид, что мы встретились случайно, предпочтительно за границей. И, кроме того, Джордж сказал, что ему нужно отдохнуть. Конечно, денег у него не слишком много, в особенности для такого путешествия. Но кое-какие деньги были у меня – пара сотен фунтов страховки, которые мне оставила моя мать, – я взяла их, и Джордж смог поехать.