Книга Тёмные очки, страница 33 – Джон Диксон Карр

В этот момент лицо профессора Ингрема приобрело такое выражение, которое можно было определить только как ангельски-кровожадное, что еще усиливалось треском его манишки. Он отсмеялся и несколько успокоился.

— Ладно, – сказал он. – Это ведь вы задали вопрос.

— А что, – неожиданно спросил Эллиот, – была ли мисс Уиллс помолвлена с кем-нибудь раньше?

— А почему вы об этом спрашиваете?

— Была или не была, сэр?

Ингрем снова бросил на него загадочный, непроницаемый взгляд:

— Насколько мне известно, нет. Мне кажется, Уилбер Эммет был к ней неравнодушен. Да и сейчас влюблен в нее. Однако его красный нос и – прошу прощения – полное отсутствие привлекательности вряд ли служили бы ему хорошей рекомендацией даже в том случае, если бы к нему благоволил Маркус. Надеюсь, я могу рассчитывать на вашу скромность?

Здесь вмешался майор Кроу.

— Чесни, как мне говорили, – заметил он бесцветным, лишенным всякого выражения тоном, – не поощрял ни одного из поклонников, всех отваживал от дома.

— В какой-то степени это верно, – не сразу отозвался профессор Ингрем. – Эти мартовские коты, как он их называл, нарушали его спокойную жизнь. Нельзя сказать, чтобы он их действительно отваживал, но…

— Я никак не могу понять, – сказал майор Кроу, – почему этот молодой человек, которого Марджори встретила за границей, так легко получил его одобрение.

— Вы хотите сказать, – прямо спросил его профессор Ингрем, – что ему вдруг захотелось поскорее выдать ее замуж?

— Я совсем не это имел в виду.

— Черта лысого не это! Но во всяком случае, вы не правы. Маркусу понравился молодой Хардинг. У него есть будущее; возможно, помогла и его чрезвычайная почтительность по отношению к Маркусу. Однако позвольте вас спросить, почему мы обсуждаем этот вопрос? Что бы ни было истинно или ложно в этом мире, – при этом манишка профессора Ингрема свирепо хрустнула, – абсолютно ясно одно: Марджори Уиллс не имеет ни малейшего отношения к убийству своего дяди.

Атмосфера в комнате снова переменилась, словно повысилась или понизилась температура. Следующий вопрос задал Эллиот:

— Вы знаете, что думает обо всем этом сама мисс Уиллс?

— А что?

— Она тоже считает, что кто-то ударил по голове мистера Эммета, сыграл предназначенную ему роль в представлении и дал мистеру Чесни отравленную капсулу?

Ингрем посмотрел на него с любопытством:

— Да. Это объяснение представляется наиболее вероятным, разве не так?

— Следовательно, когда мистер Чесни и мистер Эммет обсуждали свои планы в этой комнате после обеда, их кто-то подслушал, верно? Под дверью в коридор или под стеклянными дверьми на лужайку?

— Понятно, – пробормотал профессор.

Минуту или две на губах его бродила легкая улыбка. Он сидел, наклонившись вперед, положив руки на колени и растопырив локти, словно крылья. Его лицо приняло бессмысленное выражение, которое появляется у умного человека, когда он обращается к своим мыслям и быстро и уверенно приводит имеющиеся у него факты в нужную систему. Затем он снова улыбнулся.

— Понятно, – повторил он. – А теперь позвольте мне задать вопрос вместо вас, инспектор! – Он помахал в воздухе рукой, как это делают гипнотизеры. – Вот он, ваш следующий вопрос: «Где находились Марджори и Джордж Хардинг между четвертью десятого и двенадцатью?» Но это еще не все, вы пойдете дальше: «Где вы все находились в то время, когда разыгрывалось представление?» Вот что важно. «Возможно ли, чтобы один из вас, зрителей, выскользнул в темноте из комнаты и сыграл роль зловещего чудища в цилиндре?» Вы ведь это хотите узнать, правда?