Книга Тёмные очки, страница 30 – Джон Диксон Карр

7. Опишите его действия. Взял ли он что-нибудь со стола?

8. Что он дал мне проглотить? Сколько мне понадобилось времени, чтобы это проглотить?

9. Сколько времени он находился в комнате?

10. Говорил ли кто-нибудь в этот момент? Если говорил или говорили, то что именно?

На каждый из этих вопросов должен быть дан буквально правильный ответ, иначе он не засчитывается».

— На вид кажется, что все достаточно просто, – пробормотал майор Кроу, – но, конечно, здесь полно ловушек. Обратите внимание на нотабене. И вы, по-видимому, правы относительно того, что на самом деле он ничего не должен был глотать. Обратите внимание на восьмой вопрос. И все-таки…

Он сложил бумажку и протянул ее Эллиоту, который аккуратно спрятал ее в свою записную книжку. Затем майор Кроу несколько отступил назад, в сторону раздвижной двери, и внимательно посмотрел на часы:

— И все-таки, как я и говорил…

В музыкальную комнату ворвался поток света, когда отворилась дверь в коридор. На пороге стоял человек, его силуэт отчетливо вырисовывался в дверном проеме, в глаза сразу же бросалась блестящая лысина.

— Хелло, – раздался резкий, несколько манерный голос. – Кто вы такие? Что вы здесь делаете?

— Полиция, – ответил майор Кроу. – Все в порядке, входите, Ингрем. Включите, пожалуйста, свет, если вам нетрудно.

Пошарив по стене не с той стороны двери, где нужно, вновь пришедший нашел наконец выключатель позади шкафчика буль и зажег свет. Эллиот сразу же понял, что его первое мимолетное впечатление от профессора Гилберта Ингрема, которое он составил себе во внутреннем дворике в Помпеях, придется слегка пересмотреть.

Круглое лицо, сияющее добродушием, склонность к полноте и слегка подпрыгивающая походка создавали впечатление, что профессор Ингрем – толстенький коротышка. Подкрепляло это впечатление старательно бесхитростное выражение его голубых глаз, курносый нос и два клочка темных волос, торчащие над ушами по обе стороны лысого черепа. У него была манера наклонить голову и смотреть вверх исподлобья, с лукавым, чудаковатым видом, – этот жест как бы отражал его отношение к жизни. Однако этот образ казался сейчас несколько смазанным; во всей его фигуре сквозило нечто похожее на страх. Лицо было покрыто пятнами; манишка, заложенная в крупную складку, вздулась и выпирала из-под жилета, как хорошо поднявшееся тесто из кастрюли; и он потирал пальцы правой руки один о другой, словно стараясь стряхнуть с них мел. И Эллиот увидел, что в действительности это был человек среднего роста и совсем не такой уж толстый.

— Пытаетесь восстановить, как было совершено преступление, а? – спросил он. – Добрый вечер, майор; здравствуйте, комиссар.

Его манеру вести себя отличала некая небрежная любезность, которая распространялась на всех посредством одной мимолетной улыбки, похожей на то, как кучер одним ударом хлыста погоняет упряжку лошадей. Главное, что увидел Эллиот в этом лице, был проницательный ум, сквозивший за особой бесхитростной усмешкой.

— А это, как я полагаю, – нерешительно добавил он, – человек из Скотленд-Ярда, о котором мне говорил Джо Чесни? Добрый вечер, инспектор.

— Да, – подтвердил майор Кроу. – Послушайте, Ингрем, – продолжал он с некоторым раздражением, – вы ведь понимаете… мм… мы рассчитываем на вас.