Книга Невеста была в черном. Черный занавес, страница 52 – Корнелл Вулрич

Он махнул, и Макговерн снова вывела мисс Бейкер.

— Наверное, муж, – пробормотал Вангер, обходя стол, вставая рядом с начальником и подбирая трубку.

Зазвучал женский голос:

— Алло, это Вангер?

— Да. Кто хочет… – настороженно начал он.

Голос на другом конце провода перерезал его фразу, как нож масло:

— Говорю я. Вы только что забрали девушку из «Резиденс-клаб». Мисс Бейкер, воспитательницу в детском саду. Верно? Так вот, звоню сообщить вам, что она никакого отношения не имела к тому, что произошло с Мораном в каморке; мне все равно, как это выглядит, в чем вы уверены и что, как вы полагаете, вы отыскали.

У Вангера все засвербело внутри, он стал извиваться, пытаясь одновременно прикрыть трубку и подать сигнал «отследите звонок! отследите звонок!» начальнику.

Голос будто принадлежал телепату.

— Да-да, отследите звонок, понимаю,– сухо заметил он.– Я скоро закончу, так что не тратьте время. А теперь, на случай если у вас еще остаются сомнения и вы хотите принять меня за дурочку… В записке, прикрепленной к одеяльцу юного Морана, было написано: «У вас очень милый сын, миссис Моран. Я оставляю его в месте, где он будет в безопасности до вашего возвращения, потому что я ни за что на свете не хочу причинить ему вред». Мисс Бейкер знать этого не может, потому что вы ничего не раскрывали. У них радиоприемник от «Филко», он читает «Сан», на последний ужин я ему приготовила яичницу-болтунью, в каморке лежат два затхлых дождевика, а рядом с креслом, в котором он сидел в последний раз, – его целиком истлевшая, но не потерявшая формы сигара. Лучше уж отпустите ее. Прощайте – и удачи. – Клик.

В тот же миг прозвенел второй телефон на столе шефа.

— Автомат в аптеке «Ньюман» на углу Дейл и Двадцать третьей!

Вангер чуть не сорвал дверь с петель, оставив ее широко распахнутой за собой.

Через шесть минут и восемнадцать секунд он тяжело дышал в лицо потрясенному хозяину аптеки, которого вытащили из-за стойки.

— Кто только что звонил из средней кабинки с теплой лампочкой?

Хозяин передернул плечами в полном бессилии.

— Женщина. Мне-то откуда знать, кто она такая?

* * *

Записи Вангера по Фрэнку Морану

Доказательства: 1 рукописная записка заглавными буквами, прикрепленная к одеяльцу детской кровати; 1 рисунок восковым мелком, вероятно, взрослое подражание детской картинке.

Дело не раскрыто.

Народу было совсем немного, даже по меркам частных выставок. Возможно, он еще не сделал себе имя. Или же, напротив, сделал слишком громкое имя – только сомнительного качества. Ведь его работы можно было увидеть не только здесь, в галерее; они были развешаны на крошечных клипсах по диагонали в газетных киосках на станциях метро по всему городу. За двадцать пять центов картинку можно было забрать к себе домой и получить в придачу к обложке целый журнал чтива. И это, как заверили бы вас практически все присутствующие в галерее, точно было успехом сомнительного качества.

И все равно были среди посетителей такие, которые в любом случае заглянули бы сюда, не ради его произведений, а ради самой выставки. Обнаруживались здесь люди той породы, которая никогда их не пропускает, вне зависимости от того, чьи они и где они проходят. Горстка дилетантов или, как они сами предпочитали величать себя, Ценителей искусства, надменно вышагивала по пространству, просто чтобы было о чем поболтать на следующей коктейльной вечеринке. Между ними затесалась парочка дельцов на тот случай, если кто-то все-таки проявит интерес к этому конкретному таланту. По работе здесь оказалось и двое второразрядных критиков. Выставке уделили бы всего по полколонки в завтрашних газетах. Пускай одобрительно написанной, но все же только полколонки.