Книга Невеста была в черном. Черный занавес, страница 44 – Корнелл Вулрич

Если могло обнаружиться хоть что-то такое, от чего вся ситуация стала бы только хуже, то это оно и было: причина произошедшего обрела форму, материализовалась в человеческую фигуру, перестала быть абстракцией – из безразлично захлопнувшейся двери обратилась в девушку, которая занималась ее ребенком несколько часов в день.

Миссис Моран рухнула; не от обморока, ноги подкосились под ней. Медсестра и врач подхватили ее, удержали ее между собой. Они медленно развернули ее к двери, начали продвигаться к выходу маленькими шажками. Она не была в состоянии ничего больше сказать, но ничего больше и не требовалось. Теперь все было в руках Вангера.

Когда дверь уже закрывалась за этой жалкой процессией, доктор брезгливо кинул через плечо:

— Тошнит меня от вас.

— Ничего не поделаешь, – упрямо отозвался детектив. – Это было необходимо.

* * *

Она стояла посреди выводка ребятишек на школьном дворе, разделенном на участки, чтобы изолировать малышей от более энергичных занятий старших. Дети играли, поодиночке проходя под арками рук остальных; потом их ловили, качали взад-вперед и шепотом давали выбрать между двумя несметными сокровищами, после чего они размещались в той или иной стороне арки в зависимости от того, что они выбрали. В детские годы Вангера, проведенные на Восточной 11-й стрит, в такие игры никогда не играли, так что следить за ходом действия у него не получалось.

Хуже любой другой работы, пускай это был еще не арест или хоть что-то отдаленно напоминающее его. Он предположил, что это чувство объяснялось присутствием детей. В необходимости вытаскивать ее отсюда, чтобы выяснить, не лишила ли она человека жизни, было что-то грубое, грязное.

Она заметила его взгляд, на мгновение оставила ребятишек и подошла к нему. Она была невысокой, со стройной фигуркой и медно-золотистыми волосами; молодая, не старше двадцати четырех или двадцати пяти; красивая, несмотря на очки в роговой оправе. А на самом деле милая даже в них, пускай чуточку более строгая. Умеренно позолоченная веснушками на скулах. Очень ей шли эти веснушки.

— Вы ждете кого-то? – доброжелательно спросила она. – Эта смена продолжится не дольше…

Он объяснил, как его пустили сюда без сопровождения, если не считать «дежурного» – одного из ребятишек постарше, который уже покинул его, и он не рассказал ничего о том, что его привело сюда, директору школы; это показалось ему более тактичным. – Я хотел с вами переговорить, – объявил он. Он старался выполнить задание без ненужного запугивания. В конце концов, она пока что была всего лишь именем, слетевшим с уст ребенка.

— Меня зовут Вангер, я из полиции…

— Ой. – Испуганной она не выглядела, скорее смущенной.

— Я хотел бы предложить вам проехать со мной и повидать Куки Морана – знаете, о ком я, сын миссис Фрэнк Моран, – как только вы здесь закончите. Если вы не против.

— О да… бедняжка, – сочувственно проговорила она.

Тем временем игра застопорилась. Дети остались стоять на местах, все личики повернулись к ней, ожидая дальнейших указаний.

— Нам начинать тянуть, мисс Бейкер?

Она вопросительно посмотрела на него.

— Закончите сначала занятие, – предложил он. – Я вас подожду.

Она тут же вернулась к подопечным, вроде бы дурное предчувствие надвигающихся сложностей не повлияло на ее готовность исполнять свои обязанности. Она звонко хлопнула в ладоши.