Книга Невеста была в черном. Черный занавес, страница 23 – Корнелл Вулрич

— Только один человек может засвидетельствовать, что это была та же дама, которая покупала билеты, – заметил Вангер.

— Сотрудник кассы. У тебя под рукой его показания. Он закрыл кассу на ночь и по чистой случайности смотрел спектакль с лестницы бельэтажа. Женщина прошла мимо него по пути наверх, и он узнал ее вне всяких сомнений. Вот мы и добрались до самого важного момента во всем деле. Я допросил билетера, который дежурил в первом ряду балкона. По его показаниям я пришел к выводу, что они были совершенно незнакомы друг с другом. Билетер обратил особое внимание на ее появление по нескольким причинам. Ему приходится помогать рассаживать гораздо меньше людей, чем в партере или на балконах. Женщина пришла необычайно поздно и потому выделилась среди остальных зрителей. Она была поразительно красива и пришла одна, что ему показалось странным. По этим причинам он, возможно даже намеренно, внимательно проследил за ней, когда она продвигалась на свое место. Ни один из них не повернулся, чтобы поприветствовать соседа. Никто из них не заговорил, они даже не кивнули друг другу. Билетер оставался достаточно долгое время в пределах слышимости и потому уверен в этом. Он категоричен: весь его многолетний опыт работы в театре говорит о том, что они были незнакомцами. И, на мой взгляд, в этом вся соль. Если бы они были знакомы, то Митчелл дождался бы ее в фойе, а не пошел наверх. Любой мужчина, даже самый грубый, подождал бы. Только в антракте билетер заметил, что они заговорили друг с другом. И это был робкий разговор людей, которые только что познакомились. Иными словами, это было свидание вслепую.

— Если они были незнакомы, то как она передала ему билет? Она же их купила, а он явился с одним из них.

— Анонимно, по почте. Я и конверт у него в кармане нашел. Сам билет был насыщенно-малинового цвета. Внутри конверта проступило небольшое розоватое пятно. Кто-то с потными руками, то ли на почте, то ли на стойке в отеле – а может, и сам Митчелл, – немного размочил краску. А вот и конверт. После того ее видели всего один раз. А теперь она полностью исчезла. Не могу собрать никакой информации по этой даме. Вечером в день совершения убийства никто не видел, как она приходила или уходила из отеля. Впрочем, это не столь удивительно, как кажется, потому что на задворках есть служебная лестница, которая выходит прямо в переулок, мимо фойе. Дверь в переулок – на пружинном замке, открыть снаружи ее нельзя, но дверь запросто можно было оставить открытой. Меры предосторожности, вероятно, были предложены ею самой, поскольку она, по всей видимости, готовилась к убийству Митчелла.

— Тогда кто же еще ее видел, как ты упоминал, после театра?

— Девушка, с которой Митчелл поддерживал устойчивое знакомство, официантка по имени Мейбл Ходжес. Она пришла к нему в номер в считаные мгновения после установленного по результатам экспертизы времени его смерти. Когда она постучала в дверь, вышла эта женщина. Она была там.

— И что она сказала девушке?

— Призналась, что убила его, и посоветовала девушке возвращаться вниз, убраться подобру-поздорову, чтобы не оказаться в подозреваемых.

Вангер неуверенно почесал подбородок.

— Ты полагаешь, что этому можно верить?

— Да, потому что то, как девушка описала женщину, и по части внешности, и по части одежды, полностью стыкуется с тем, что мне сказали сотрудники театра, сам понимаешь, маловероятно, что она могла что-то выдумать. И это возвращает нас к тому, о чем я уже упоминал. Это никоим образом не маньячка. У нее была прекрасная возможность убить Ходжес прямо там и тогда. Все, что надо было сделать, – пригласить ее в комнату, вокруг тела была выставлена ширма. Времени у нее тоже было предостаточно. А вместо этого она отправила девушку восвояси, спасла ее. Вот и все. С одной стороны, больше информации, чем нам нужно. Но нет ключа, который бы придал всему этому смысл. Мотива нет.