Книга Семь сувениров, страница 45 – Светлана Еремеева

На этот раз посреди помещения стоял деревянный старинный стул, чем-то похожий на венецианское кресло. На стуле сидела маленькая девочка в красном платье. Откуда-то слышалось нечеткое мяуканье. Волосы девочки, светлые, золотистые, были очень аккуратно расчесаны и ровно распределены по плечам. Она смотрела на Николая, не отрываясь и не моргая. Ее серо-зеленые глаза казались взрослыми, строгими, пронзающими насквозь какой-то необъяснимой острой силой. Руки девочки лежали на коленках. На ее ногах Николай разглядел кожаные серые детские башмачки.

Они смотрели друг на друга и молчали. Проходили минуты.

Неожиданно девочка переменила позу. Она подняла левую руку и стала расстегивать пуговицы на манжете. Он внимательно следил за ее движениями. Расстегнув пуговицы, девочка закатала рукав платья и протянула руку, чтобы Николай мог ее разглядеть. На внешней стороне руки розовели два глубоких шрама. Девочка смотрела на него не моргая.

— Тебе больно? – спросил Николай.

Девочка ничего не отвечала. Он подошел поближе.

— Тебе больно? – повторил он.

Она улыбнулась и повернула голову в сторону окна. Николай посмотрел туда же. Вместо оконной рамы он увидел огромный плазменный экран. На нем по темному коридору шел какой-то мужчина. Он был высокого роста, спортивного телосложения, с красивыми вьющимися русыми волосами. Он прошел мимо одной закрытой двери, затем мимо второй. Николаю показалось, что шел этот человек именно по этой квартире. И был это не кто-нибудь, а Вениамин Волков, еще молодой, лет тридцати пяти, не больше.

Вот он открыл дверь и вошел в комнату. Это была детская. Там на полу играла маленькая девочка. Мужчина схватил девочку, начал беззвучно кричать и трясти ее изо всех сил. Девочка испугалась, вырвалась, побежала из комнаты. Он кинулся за ней. Девочка бежала по темному коридору, спотыкаясь и цепляясь руками за стены. Мужчина догонял ее. Вот они вбежали на кухню и стали кружить вокруг стола. Так они бегали минут пять без остановки. Наконец мужчина догнал девочку, опять стал трясти за плечи. Она оторвалась, отшатнулась и упала на ящик, из которого торчали острые инструменты. Если бы она упала спиной или животом, то, без сомнения, напоролась бы на лезвие ножа, который торчал прямо из середины ящика. Но она лишь коснулась металла рукой. На какое-то мгновение и девочка, и мужчина застыли, как будто их движения отключил какой-то невидимый оператор. Потом… Она зашевелилась первая. Николай увидел, как из глубоких ран на ее руке потекла кровь. Струйки были быстрыми, широкими. Девочка не плакала. Она только смотрела, как на полу образовывалась небольшая лужица. Мужчина подошел к ней, взял на руки и выбежал из кухни. Все погрузилось в темноту.

Николай посмотрел на девочку. Ее глаза застекленели. Рука застыла в воздухе. Она словно превратилась в восковую фигуру. Кожа пожелтела, волосы стали похожими на парик. Все изменилось в ней, стало отталкивающим, отвратительным, мертвым.

Николай отшатнулся в сторону двери. И тут изо всех углов к нему стали подбираться сухие корни и ветви. Они прорывались из стен, потолка, пола, они постепенно съедали всю комнату – стул, девочку, кота, который, как оказалось, неподвижно сидел на подоконнике. Корни пробивали все насквозь, покрывали пространство своей упругой паутиной. Ни девочка, ни кот даже не пошевелились. Николай, видя, что корни медленно подбираются к нему, побежал к выходу и только тут понял, что просыпается.