Книга Не те руки, страница 132 – Марк Биллингхэм

— Вот, собственно, и вся история, – сказал Месси. – Так, мне не хватает одного билета до этой шикарной лавовой лампы, так что я бы очень хотел вернуться к игре.

Миллер встал и медленно побрел к двери, шестеренки в его голове крутились быстрее любого автомата в этом заведении. Он смутно слышал, как где-то позади женщина снова крикнула: “Бинго!” и как Месси, растеряв всю свою напускную утонченность, вскочил и рявкнул:

— Так, ну все, дорогуша. Ты здесь больше не играешь.

— Вы не имеете права!

— У меня есть право на все, что мне, на хрен, заблагорассудится, милочка. А теперь проваливай, пока я не засунул тебе эти фишки куда надо.

Миллера лихорадило, но он никак не мог сосредоточиться. Он страстно желал что-то предпринять, но никак не мог решить, что именно. Разве что швырнуть об пол первый подвернувшийся под руку предмет или просто поорать в окно. Он сунул два куска хлеба в тостер и тут же о них забыл. Открыл холодильник и какое-то время тупо смотрел внутрь, уже не помня, зачем его открыл.

— Может, масло?

Он закрыл дверцу и обернулся – за кухонным столом сидела Алекс.

— Да, похоже на то.

— Ах да, хотела сказать – молодец с делом в больнице. Отличный результат… Не для мистера Дрисколла, конечно, но это вряд ли кого-то будет мучить по ночам. – Она вздохнула и подалась вперед, проведя руками по столешнице. – Я пыталась придумать еще пару шуток про сварку, но это довольно… узкая тема.

Миллер не хотел говорить о Дадли Дрисколле. Он сел напротив Алекс и заговорил о том, что его действительно интересовало.

— Выходит, Месси сдержал обещание?

— Как ни странно, я всегда думал, что сдержит.

— Его единственное доброе дело за год, – сказала Алекс. – Может, этот извращенный старый богомол при смерти – это было бы не самой плохой новостью за последнее время.

— У него свои мотивы.

— Ну давай, выкладывай. – Она откинулась на спинку стула и скрестила руки. – То есть я-то, конечно, и так все знаю, но наши странные беседы подчиняются определенным правилам, так что говори.

— Тебя убил полицейский.

Алекс покачала головой.

— И что, ты удивлен?

— Да, немного, – сказал Миллер. – Хотя я понимаю, что не должен бы.

Полиция Ланкашира еще не дошла до такого плачевного состояния, как столичная, но представление о полицейских как образцах добродетели или хотя бы людях, которым можно доверить выполнение их прямых обязанностей по поддержанию правопорядка, определенно пошатнулось. Доверие к копам было на рекордно низком уровне из-за служащих по всей стране, недавно осужденных за шокирующее количество разнообразных преступлений.

Убийства, изнасилования, тяжкие телесные, побои, наркоторговля… Миллер только ждал, когда кого-нибудь посадят еще и за геноцид, и тогда коллекция будет практически полной.

— Поэтому ты следила именно за этим копом.

— Да, он очень плохой парень, – сказала Алекс. – Знай я, насколько плохой, возможно, была бы осторожнее. Наверное, я слишком расслабилась.

— Даже не пытайся намекать, что это твоя вина.

— Ладно, не буду. – Она улыбнулась Миллеру и потянулась к его руке.

— Так вот… – Миллер встал и начал расхаживать по кухне, излагая подробности убийства Алекс и наконец рассказывая ей то, чего она не знала. – Ты не удивишься, узнав, что и Месси, и Катлер следили за тобой, потому что знали, что ты следишь за ними. Этот коп, который в итоге… ну, ты понимаешь… был, очевидно, у Катлера на крючке.