Книга Пуля от Ван Гога, страница 171 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Сыщик еще некоторое время после ухода Степана сидел в кафе, заказав себе очередную чашку кофе. Конечно, информация о том, что в архивах Арапетяна хранились личные дела Слепневой и Ефимова, коренным образом ситуацию не меняла. Бывший начальник службы безопасности «Триумфа» и нынешний – «Прайм технолоджис» мог быть просто обстоятельным человеком, особенно учитывая тот факт, что его не только полиция, но и ФСБ подозревала в причастности к деятельности различных преступных организаций. Новую информацию о Екатерине и Николае он мог действительно не собирать, а хранить просто старые данные об этих людях. Однако в таком случае любое досье утрачивало практический смысл, поскольку не учитывало изменений в обстановке и личной жизни фигурантов. И если Арапетян планировал информацию, собранную на различных людей, когда-то использовать, то получалось, что обновлять ее он был обязан. А значит, сыщику Арапетян попросту врал. Возможно, исключительно оттого, что не доверял правоохранительным органам, и вдобавок Меньшиков сработал настолько чисто, что Арапетян даже не подозревал, что о его коллекции досье кто-то знает. Либо второй вариант – данные о том, что начальник службы безопасности был в дни убийства неподалеку от домов погибших, связаны с каким-то преступлением. В любом случае Гуров решил, что завтра Арапетяна нужно будет не только хорошенько проверить, но и как следует потрясти. И с этими мыслями сыщик отправился домой.

Впрочем, сразу добраться до своей квартиры у Гурова не получилось. Только после того, как позвонил Станислав и заявил, что уже полчаса ждет друга в главке, сыщик вспомнил, что они с Крячко договаривались встретиться вечером. Гуров был вынужден поменять маршрут и отправляться на Петровку, куда он добрался сравнительно быстро, успешно миновав самые большие пробки. А едва сыщик оказался в своем кабинете, ему пришлось выслушать язвительные рекомендации от друга по поводу лекарств от склероза и тех, которые замедляют развитие болезни Альцгеймера.

— Спасибо, учту, – устало отмахнулся от него сыщик. – Зачем звал? Не разбегайся, прыгай!..

Оказалось, что в отношении Ряховского Станислав поработал весьма продуктивно. Во-первых, выяснил, что по расходу миорелаксантов, которые покупает по рецептам для своей больной матери, Евгений ни перед кем не отчитывается. То есть медицинские препараты он мог вполне использовать и не по назначению. В том числе и для убийства Слепневой и Ефимова. Во-вторых, Крячко со своим непередаваемым умением втираться в доверие побеседовал почти со всеми пенсионерками из дома, где проживает Ряховский, и выяснил, что в тот день, когда убили Ефимова, он вышел из своего подъезда поздно вечером, а возвращающимся домой соседки увидели его рано утром. Причем, судя по словам бдительных старушек, в своей квартире Евгений пробыл ровно столько времени, сколько могло потребоваться на то, чтобы быстро привести себя в порядок и переодеться, а потом Ряховский отправился на работу.

— При этом, Лева, как мне сообщила Анастасия Михайловна, с которой наш Женя столкнулся нос к носу, когда заходил в подъезд, выглядел он очень возбужденным и взволнованным и даже отвечать на вопросы соседки о том, все ли с ним в порядке, не стал, – закончил тираду Крячко.