Книга Лондонский матч, страница 70 – Лен Дейтон

— Я подумаю, Хэрри. Во всяком случае, спасибо.

— Многие люди хорошо к вам относятся, Бернард.

— А где вы это достали, Хэрри?

Пош Хэрри поставил ногу на стул и стал счищать с ботинка ногтем пальца пятнышко грязи.

— Бернард, – ответил он с упреком. – Вы же понимаете, что я не могу этого сказать.

Он послюнявил палец и еще раз попытался счистить пятно с ботинка.

— Ну ладно, давайте снимем несколько неясных вопросов. Это попало сюда не из офиса ЦРУ?

— Бернард, Бернард! – Он все еще смотрел на ботинок. – Как вы могли такое подумать!

— Я не хочу носить с собой сверток, в котором что-то тикает.

Он кончил заниматься ботинком, поставил ногу на пол и посмотрел на меня.

— Конечно нет. Ни в коем случае. Эта бумага не лежала ни на одном столе. Она появилась только что.

— А если это провокация?

— Кто я, по-вашему, Бернард? Шпион КГБ по совместительству? Неужели вы думаете, что за все это время я не научился определять по запаху подставки КГБ?

— Это всегда случается впервые, Хэрри. И каждый из нас может совершить ошибку.

— Ну, о’кей, Бернард. Я не знаю действительного источника получения бумаги и допускаю, что всякое возможно. Это немецкий контакт, который мне до сих пор ничего неверного не сообщал.

— А кто ему платил?

— Он не продается, Бернард.

— Таких я не знаю, – ответил я.

Он издал сдержанный смешок, как делают, когда хотят прореагировать на неудачную шутку богатого клиента.

— Стареете и становитесь злее, Бернард. А ведь было время, когда вы сами пришли бы в негодование, услышав подобные слова. Вам говорили об идеализме, о политике, о свободе и о людях, которые отдали свою жизнь, потому что верили в это. А теперь вы говорите, что не знаете ни одного, который бы не продавался.

Он покачал головой, что было похоже на издевательство. Но мы оба знали об этом. Мы оба знали множество людей, никогда не продававших себя, и некоторые из них погибли, доказывая это.

— Вы покупаете у Джорджа машину? – спросил я, чтобы переменить тему разговора.

— Нет, я уже много лет арендую у него машины. Он позволяет мне менять автомобили, понимаете? Вы знали об этом, да?

Он имел в виду, что Джордж предоставлял ему разные машины, когда он наблюдал за кем-то, и это ему помогало оставаться неузнанным.

— Нет, я не знал об этом. Джордж умеет хранить секреты. Я даже не знал, что вы с ним знакомы.

— И у вас чудесные детишки, Берни. – Он похлопал меня по спине. – Не смотрите так хмуро, приятель. У вас много хороших друзей. Многим людям вы делали добро. Они всегда помогут вам.

Пош Хэрри еще продолжал говорить, когда двери офиса резко отворились. В дверях появилась женщина. Ей было за тридцать, и она была хорошенькая, какой может быть женщина, достигшая такого возраста и употребляющая дорогую косметику. На ней было длинное манто, а к груди она прижимала большую сумку, словно в ней было что-то особенно ценное.

— Дорогой, – сказала она раздраженно. – Сколько я могу еще сидеть в этой развалине?

— Иду, дорогая, – откликнулся Пош Хэрри.

— Хэрри! Мы с тобой и так опаздываем!

Ее голос был нежен, как цветущая магнолия. Такой тембр вырабатывается у дам, которые любят смотреть по телевидению «Унесенные ветром» и есть в это время шоколад.

Хэрри взглянул на часы. Потом провел обычную церемонию обмена телефонными номерами и обещаниями встретиться за ленчем, но никто из нас при этом не проявил особого энтузиазма. Как только Хэрри наконец распрощался, возвратился Джордж Косински с детьми.