Книга Год багровых убийств, страница 81 – Карасуми

— Не стоит. Сегодня она точно не сможет прийти.

— Хорошо, я сообщу декану.

Покинув деканат, Цзинфан почувствовала, как ее накрывает паника. Она совершенно не представляла, что делать дальше. О каком ужине с коллегами могла идти речь, если даже недельного больничного для Юэсюэ вряд ли хватит? Подруга упорно отказывалась обратиться за помощью к психиатру. Неизвестно, сколько вообще времени потребуется, чтобы она пришла в себя…

Цзинфан попыталась вспомнить тот день, когда забирала Юэсюэ из тюрьмы. Начальник Лю и молодой надзиратель осторожно вывели ее из комнаты для посетителей под руки. Начальник Лю торопливо пояснил: встреча длилась меньше часа, но Юэсюэ вела себя странно. Затем она вышла в туалет, но задержалась там так надолго, что ему пришлось пойти за ней. Вернувшись, она будто увидела что-то лишившее ее дара речи – ее взгляд стал пустым при виде искаляканных Чэнь Линь Шуфэнь листов бумаги; она в отупении таращилась на них и в свой блокнот, в то время как начальник тюрьмы тщетно пытался привести ее в чувство.

— Ассистент Ван была в порядке, когда вышла в туалет. Прошло минут десять… – продолжил начальник Лю, усаживая Юэсюэ на пассажирское сиденье автомобиля. Он передал Цзинфан коричневый конверт с аудиозаписью и каракулями Чэнь Линь Шуфэнь, пояснив, что, хотя Юэсюэ отсутствовала, запись не прерывалась – она не просила ее останавливать.

— Значит, их разговор полностью записан?

— Да. Здесь также ее рисунки. Кажется, ассистент Ван увидела один из них, и это ее потрясло. Изучите их позже.

Цзинфан мельком взглянула на содержимое конверта. Она знала, что у Юэсюэ снова случился приступ, но не понимала его причину.

— Я все внимательно изучу. Спасибо, что позаботились о ней.

Когда Цзинфан завела двигатель и собралась трогаться, начальник Лю понизил голос:

— Должен предупредить вас… Кажется, слова заключенной сильно повлияли на ассистента Ван. Будьте осторожны.

По приблизительным расчетам, после приступа Юэсюэ провела в комнате отдыха тюрьмы Наньхай больше двух часов. Не сказала ли она лишнего? Не выдала ли себя перед Се Вэньчжэ? «Не надо было ехать в Шуйдиляо, – корила себя Цзинфан. – Госпожи А-Цю и след простыл, Чэнь будто испарился… Никакого прогресса». Юэсюэ, в полубессознательном состоянии сидевшая на пассажирском сиденье, лишь подтвердила худшие опасения Цзинфан: даже встретившись лицом к лицу с Чэнь Линь Шуфэнь, она не смогла справиться с эмоциональным ударом.

Юэсюэ смотрела в окно. Она была похожа на натянутую струну, которая внезапно лопнула и хлестнула музыканта по лицу. Как Се Вэньчжэ справлялся с эмоциональной нагрузкой, изучая ту же преступницу? Возможно, он регулярно посещал психиатра. Но Ван Юэсюэ, избегавшая врачей, привыкла держать всё в себе – и теперь объект исследования буквально сломал ее.

Выехав на скоростную трассу, Цзинфан завела непринужденный разговор, пытаясь хоть немного вернуть Юэсюэ к жизни. Постепенно на ее лице появились слабые признаки сознания – она начала вяло реагировать, отвечая односложными междометиями. Ее состояние теперь напоминало состояние пациентов психиатрических клиник.

Психология – наука тонкая, а криминальная психология и вовсе требует ювелирной работы с передовыми знаниями и методиками. Это система, сочетающая теоретический психоанализ с клинической практикой. В их стране специалистов по криминальной психологии можно пересчитать по пальцам. Юэсюэ и Се Вэньчжэ, пожалуй, единственные, кто учился в США. Но о бостонском периоде Юэсюэ Цзинфан почти ничего не знала, поэтому их отношения с Се Вэньчжэ были для нее загадкой. Теперь ей предстояло в одиночку разгадывать, что же произошло с Юэсюэ в тюрьме Наньхай. Задача почти невыполнимая.