Книга Год багровых убийств, страница 67 – Карасуми

— Да-да, это он.

Вдоль первого этажа шли зарешеченные окна, но вместо стекол стояли стальные плиты. Второй и третий этажи представляли собой глухие стены, словно бетонный саркофаг.

Юэсюэ сжала пальцы в кулак. Эта постройка напоминала железный барак из ее галлюцинаций – так, что становилось жутко. Странно – ведь она видела его впервые…

— Кого здесь содержат?

— Особо опасных заключенных и смертников вроде номера двадцать четыре пятьдесят два. – Начальник Лю умышленно использовал номер Чэнь Линь Шуфэнь вместо ее имени. Затем добавил деловым тоном: – Наш тюремный комплекс – образцовый проект по гендерному разделению заключенных. Изначально ваша заключенная помещалась в одиночной камере в женском корпусе; контакты с другими заключенными были возможны только во время работы или приема пищи.

— И при этом внезапный приступ неконтролируемой агрессии? – Юэсюэ прищурилась. – В чем причина провала психиатрической экспертизы?

— Мне неизвестны подробности, но кое-чем могу поделиться… – Он резко замолчал; вся его поза просто кричала: «Информация под грифом “секретно”!». – Судья уже давно заметил несоответствие между ее психическим состоянием до и после проведения экспертизы, ведь мы докладывали о ее поведении. Поэтому еще до запроса профессора Се он неофициально дал понять, что сколько бы экспертиз ни проводили, их результат должен соответствовать ожиданиям общественности. – Начальник Лю нервно оглянулся. – Прошу вас, ни слова об этом не должно просочиться наружу.

— Разумеется.

Внешне девушка оставалась невозмутимой, но внутри у нее словно что-то оборвалось. Неужели Цзинфан была права? Ведь Се Вэньчжэ уверял, что экспертиза выиграет время. Однако теперь стало совершенно ясно, что судья уже решил судьбу Чэнь Линь Шуфэнь, а господин профессор даже не удосужился внести эту информацию в досье!

Сжав зубы, Юэсюэ последовала за начальником Лю внутрь здания. К ним тут же подскочил дежурный надзиратель.

— Это ассистент профессора Се для беседы с номером двадцать четыре пятьдесят два.

— Все готово. Прошу вас.

Впервые оказавшись в тюремных стенах, Юэсюэ сразу же отметила про себя, что сверху они были выбелены, а снизу окрашены в мрачный темно-зеленый оттенок, поглощающий свет. Тюремное пространство представляло собой длинный глухой коридор с двумя крошечными окошками под потолком. Чтобы дотянуться до них, потребовалось бы притащить стол, поставить на него стул, взобраться на эту конструкцию и встать на цыпочки. Эти окна не для того, чтобы смотреть в них, это лишь жалкая вентиляция. От единственного пробивавшегося сквозь них луча света в этом каменном мешке резало глаза – из-за его неестественной яркости. По обе стороны от главного входа располагались два кабинета, оснащенные решетками на окнах и дверях. Табличка на одном из них гласила «Кабинет», табличка на другом – «Комната для посетителей».

— Я подожду здесь? – поспешно спросила Юэсюэ, заметив, что мужчины собираются идти дальше.

— Нет, для встречи с заключенной номер двадцать четыре пятьдесят два мы подготовили помещение на третьем этаже. – Начальник Лю слегка наклонился, добавив с извиняющейся интонацией: – Простите, здесь нет лифта; пожалуйста, следуйте за нами.

Перевод в тщательно охраняемую тюрьму, отдельная комната для свиданий – легенда номера 2452 здесь ничуть не уступала легенде Чэнь Линь Шуфэнь на воле.