Книга Вид на счастье, страница 25 – Этта Гут

— Если кто и пропал с потрохами, так это я, — Петра вздохнула и потянулась всем телом, чувствуя нарастающее напряжение. От него было трудно дышать, кололо где-то в подреберье, сладко тянуло в паху. — Возьми меня, пока я не ударилась в истерику и не перепугалась от этого своего решения окончательно! Я… Я хочу этого. Говорят же, что нельзя тащить в новый год то, что можно сделать в этом…

Пальцы на спине застыли, дрогнули и вдруг пропали. Петра приподнялась и оглянулась на Алексея. Тот стоял, опустив голову и стиснув кулаки.

— Это кощунственно! Твоя невинность…

— С ней давно пора расстаться. И я точно не из тех, кому кажется, что столь великий дар дóлжно преподносить любимому исключительно на ложе, усыпанном лепестками роз. Не заставляй еще и уговаривать тебя!

— Убедила. Не буду, — Алексей улыбнулся, склонился к Петре и поцеловал ее.

Поцелуй оказался настойчивым, требовательным, даже грубоватым. Властным. И ощущение от всего этого было просто прекрасным, потому что сейчас Петре и требовалось именно это — почувствовать себя в надежных и сильных руках. Отдаться во власть другого, куда более уверенного в себе человека.

Алексей в два счета лишил Петру ее «написьника», просто содрав его с треском, а после и сам обнажился.

Протянув руку, дрожащими, неуверенными пальцами Петра погладила его — тронула соски, мгновенно поджавшийся живот, а после запустила пальцы в густые волосы на лобке. «Райских кущ», как можно было предполагать, там не было — как видно, Алексей периодически стриг себя в паху или даже сбривал все, но сейчас волосы отросли ровно настолько, чтобы в них можно было зарыться, подергать, перед тем как обхватить ладонью напряженный член.

От его размера сделалось страшновато. Но Петра велела себе не бздеть и довериться чужому, уж точно значительно более богатому опыту. Возбужденное мужское естество в ладони ощущалось таким странным, чудным. И в то же время вопросов, как его приласкать, не возникало — все получалось как-то само собой! Алексей ласке не противился, лишь вздыхал протяжно и переступал с ноги на ногу. А после вновь провел рукой Петре по боку, обнял ее и потянул к себе, быстро пообещав:

— Не бойся. Все будет хорошо.

— Я не боюсь! — возразила Петра, несколько кривя душой. — Но ты уж… не тяни.

— Я не тяну. Я наслаждаюсь. Ты чудо. Как же я нажрался тем вечером, когда ты сообщила, что у тебя парень и любовь!

— И я. Ну, когда поняла, что влюбилась. Причем наверняка безответно… Как же мне было плохо!

— Вот поэтому в такие непростые моменты важно, чтобы рядом был опытный медик. В общем, в следующий раз нажремся вместе, — проворчал Алексей и спустил Петру на пол.

Спустил, развернул, надавил рукой на спину между лопатками, заставляя лечь грудью на массажный стол, а затем ступил ближе и неторопливо провел головкой члена по самому нежному. Петра ахнула и стиснула пальцами простыню. Было сладко и страшно. Алексей склонился над ней и поцеловал за ухом, а потом снова в шею, попутно запуская руку Петре между ног.

— Ты готова… Чувствуешь?

— Ты… Ты тоже… готов.

— Уже давно. После каждого сеанса с тобой ведь в душ дрочить бегал.

— У тебя шикарная спина, — вспомнив увиденное, сообщила Петра. — Я ее рисовала даже. И тебя целиком нарисовать хочу.

— Сейчас?