Книга Вид на счастье, страница 23 – Этта Гут

В итоге примерно через час косоглазыми были уже обе. Настолько, что, обнявшись, хором орали:

— Ох, Лёха, Лёха, мне без тебя так плохо! На сердце суматоха, я точно говорю!

Обозленные соседи вызвали полицию. Спасло только то, что даже полиция пребывала в хорошем предновогоднем настроении, а главное командовала нарядом сурового вида девица. Вкурив, что безобразия творятся из-за неразделенной любви одной из собутыльниц, она неожиданно прониклась, махнула рукой, сообщив пошатывавшейся былинкой на ветру Петре, что все мужики — козлы, а после ушла сама и увела за собой впершегося с ней в квартиру напарника, стоявшего все это время посреди прихожей с автоматом наперевес.

— Только больше не орите как дикие! — велела полицейская дама уже с порога.

— Мамой клянусь! — заверила ее Нинка и поклонилась в пояс, в то время как Петра сделала книксен.

Утро предсказуемо было хмурым, но, несмотря на это, работалось хорошо. Петра полила свою микро-елочку, а после сидела, рисовала свои петроглифы и мечтала. О том, как все будет, о том, как она расскажет Алексею о себе всю правду, и тот в ответ даже не будет над ней издеваться, а скажет что-то хорошее. Врач все-таки! Клятву Гиппократа давал! Должен же войти в положение… А лучше просто… войти. Каково это по ощущениям, когда тебя… ну… туда… ну… этим? Больно, наверно? С другой стороны, никто ведь от такого пока не умер, а некоторые по слухам даже удовольствие такое получают, что и словами не описать…

Алексей был еще занят, и уже знакомая девушка Марина с ресепшена проводила Петру в кабинет и по традиции предложила воспользоваться душем:

— Алексей Викторович на переговорах, так что у вас будет достаточно времени, чтобы расслабиться…

— На переговорах?

— Мы расширяемся, — Марина улыбнулась. — Нужно новое здание и новый персонал. Алексей Викторович вообще у нас такой молодец! Начал с нуля, а теперь вон — скоро сеть клиник у него будет. Ну да что это я? Занимайтесь, вас никто не побеспокоит.

Петра мрачно кивнула. Вот, значит, как! Значит, не просто рядовой костоправ, а сам владелец центра «Женское здоровье» ей массаж делал, а после на своей действительно дорогой тачке до дома подвозил. Это существенно осложняло и без того непростую ситуацию. А вдруг Алексей теперь подумает, что Петра изменила свои «показания» не потому, что… ну, изменила, а потому, что о его деньгах узнала? Вот будет картина маслом: мало ему, что на него — такого самца самцового — все окрестные девицы, поди, вешаются, так теперь еще и Петра…

И все же следовало расставить точки над «i», хотя бы для того, чтобы после не сожалеть о несделанном всю оставшуюся жизнь. А к разговору этому совершенно точно следовало… подготовиться. И не только морально. Петра, нервничая страшно, сходила в душ, смыв с себя нервный мандраж и долгую поездку в переполненном транспорте, после закуталась в махровую простыню, найденную на полке, выперлась в кабинет и, чтобы хоть как-то занять себя, вновь стащила из принтера лист бумаги и принялась рисовать.

— Похож, — сообщил ей Алексей, возникший за спиной совершенно бесшумно из-за своих медицинских тапочек на резиновом ходу. — В прошлый раз руки тоже мои, а не чьи-то еще рисовала?

Петра нервно кивнула и поднялась, придерживая тут же начавшую сползать простыню.