Онлайн книга «Право на жизнь»
|
Диана вздохнула, опустив взгляд на их сцепленные руки. Потом подняла глаза, и в них Роман увидел то, чего боялся больше всего — твёрдую решимость. — Я говорила с Алёной. Она рассказала, как её отца увезли. Никто ничего не объяснил, никто не ответил. Просто… исчез. — Её голос дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. — Я боюсь, что то же самое случится с тобой или с дядей Антоном. Я не могу просто ждать, пока это произойдёт. Роман отпустил её руку, медленно отступил назад и прислонился спиной к стене. Он закрыл глаза, глубоко вдохнул, пытаясь унять нарастающую тревогу. В голове крутились мысли: «Она права… но это не значит, что она должна рисковать». — Ясно, — наконец вымолвил он, открывая глаза. Его взгляд скользнул по комнате — по скудной обстановке, по её вещам, по брошенной на кровати книге. — Только ты рискуешь своей жизнью. Надеюсь, это тебе тоже понятно! Диана молчала. Она стояла у двери, сжимая в руках куртку, её пальцы слегка побелели от напряжения. В комнате повисла тяжёлая тишина. — Подумай хорошенько ещё раз, прежде чем идти к нему. Это всё, о чём я тебя прошу! — сказал он, не глядя на неё. Его голос звучал глухо, будто каждое слово давалось с трудом. Он развернулся и вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Диана осталась стоять на месте, глядя на закрытую дверь. Её сердце билось часто, но в голове уже не было сомнений. Она медленно надела ботинки, накинула куртку и направилась к выходу. * * * Илья стоял возле УАЗика — потрёпанного, с вмятинами на боках и выцветшей краской, но всё ещё надёжного. В кузов уже загрузили ящики с продуктами для Беловой: консервы, крупы, сушёные овощи — всё аккуратно уложено, перетянуто ремнями. Воздух пах бензином, табачным дымом и осенней сыростью. Низкие тучи нависали над землёй, обещая скорый дождь. Рядом с машиной стояли двое бойцов из группы Соколова — Сашка и Артём. Оба в плотных куртках, с оружием на ремнях, с лицами, изборождёнными усталостью и недоверием. Сашка, закалённый мужик средних лет, с грубоватыми чертами лица и цепким взглядом, прикуривал третью сигарету подряд. Его пальцы, покрытые шрамами, слегка дрожали — то ли от холода, то ли от накопившегося напряжения. — Илья, ты сам-то в курсе, на хрена мы к этой бабе постоянно отвозим людей и жратву? — спросил он, выпуская клуб дыма. Голос звучал ровно, но в нём сквозила затаённая злость. В группе Соколова не было хлюпиков. Каждый прошёл через огонь и воду, каждый знал цену слову и поступку. И потому вопросы Сашки не были пустой болтовнёй — за ними стояла тревога, копившаяся неделями. — Я-то в курсе, а тебе знать необязательно! Будешь крепче спать! — ответил Илья, стараясь сохранить спокойный тон, но в глазах мелькнула тень раздражения. — Ага, главное, чтоб потом и нас к ней не увезли в один прекрасный день! — бросил Сашка, сплевывая на землю. Второй, чуть помоложе, Артём, курил молча. Он стоял чуть в стороне, отвернувшись, делая вид, что разговор его совершенно не интересует. Но Илья заметил, как его пальцы крепче сжали сигарету, как взгляд скользнул по кузову машины — будто он уже прикидывал, что и как можно было бы использовать в случае чего. Илья нахмурился, шагнул ближе к Сашке. Его тень упала на лицо собеседника, подчеркнув резкие линии скул и напряжённый взгляд. |