Книга Право на жизнь, страница 89 – Анна Денисова, Виктория Сталь

Фары рассекали сгущающиеся сумерки, выхватывая из тьмы фрагменты разбитого кое-где асфальта, покосившиеся дорожные знаки и яркие вывески. Свет скользил по стенам заброшенных зданий, отбрасывая длинные, изломанные тени. Ольга время от времени коротко подсказывала, куда ехать — её голос звучал ровно, почти безэмоционально, будто она отгородилась от всего, что произошло.

Доехав почти до окраины города, Семён притормозил. Дорога впереди была перегорожена — прямо посреди асфальта стояли старые «Жигули». Возле машины — трое мужчин. Двое держали автоматы, третий — пистолет. Оружие было направлено прямо на внедорожник, стволы блестели в искусственном свете, словно холодные, бездушные глаза.

— Мда-а-а, приехали, — глухо сказал Семён. Его пальцы стиснули руль.

В салоне повисла тяжёлая тишина — только шум двигателя и прерывистое дыхание Елены нарушали её. Аня вгляделась в силуэты, освещённые светом фар. Её сердце сжалось, она ахнула — звук вырвался сам, будто кто-то ударил её в грудь. Не раздумывая, она распахнула дверь и выскочила наружу.

Семён не спешил выходить из машины. Он наблюдал за происходящим, оценивая ситуацию, готовый к любому повороту.

Евгения сидела за лабораторным столом, закрыв лицо руками. Ладони плотно прижимались к глазам, будто пытаясь физически остановить поток мыслей, но это не помогало. В голове — сплошная каша из цифр, графиков, обрывочных наблюдений и горького осознания: ничего не получалось.

Комната лаборатории тонула в полумраке — единственный источник света, тусклая лампа над столом, выхватывала из темноты лишь узкую зону: бумаги, колбы, пробирки, разбросанные в хаотичном порядке. За окном давно стемнело, но Евгения не замечала времени. Для неё существовали только цифры, даты, симптомы — и неумолимый итог: ещё одна неудача.

Она снова взяла в руки журнал — потрёпанный, с загнутыми углами страниц, испещрённый её почерком, то аккуратным, то рваным, когда нервы сдавали. Открыла на последней записи:

'Подопытная № 7. Женщина, 53 года. Хронические заболевания: гипертония, диабет II типа. Заражена вирусом — 3 недели назад. Первые опыты начаты спустя 24 ч после подтверждения заражения.

День 1: скачок положительных тестов. Сознание частично сохранено. Реагирует на речь, выполняет простейшие команды («подними руку», «остановись»).

День 2: регресс. Взгляд теряет осмысленность. Реакция на внешние стимулы замедляется. Наблюдается агрессия при приближении живого человека.

День 3: полная деградация. Остаются только первичные инстинкты: голод, агрессия. Пациентка пытается атаковать персонал. Опыт прекращён'.

Евгения сглотнула. Снова. Как и все предыдущие.

Она перевернула страницу, нашла запись о мужчине:

'Подопытный № 8. Мужчина, 48 лет. Хронических заболеваний нет.

Опыты начаты через 48 ч после заражения.

День 1–3: нулевые результаты. Сознание отсутствует. Агрессивное поведение с момента заражения. Опыт прекращён'.

А вот следующий:

«Подопытный № 9. Мужчина, 51 год. Состояние близкое к № 8, но наблюдаются кратковременные периоды осмысленного взгляда (до 30 сек). Реакция на имя — слабая, но есть. Опыт продолжается».

Евгения швырнула журнал на стол. Он ударился о поверхность с глухим стуком, одна из пробирок покачнулась, но устояла. Она обвела взглядом лабораторию.