Книга Право на жизнь, страница 76 – Анна Денисова, Виктория Сталь

— Хорошо.

Ольга нетерпеливо двинулась ко входу в торговый центр. Её силуэт растворялся в ярком полуденном свете, а шаги отдавались глухим эхом по идеально чистому асфальту. Аня последовала за ней, чувствуя, как внутри растёт странное, почти болезненное ощущение — смесь страха и азарта.

Они подошли к сверкающим стеклянным фасадам. Внутри царила полутьма, но даже в ней можно было разглядеть творивший внутри беспорядок, когда-то аккуратные прилавки перевернуты, на полу что-то раскидано. Где-то вдали раздался тихий звон — будто упала капля воды, но звук разнёсся по пустому пространству, усиливая ощущение нереальности.

Ольга остановилась, подняла ломик, затем шагнула внутрь, стараясь не задеть висевшую створку двери. Аня последовала за ней, сжимая в руке нож. Их тени скользили по идеально гладким стенам, будто предупреждая о том, что ждёт впереди.

Оставшись одна, Елена оглянулась по сторонам. Парковка раскинулась перед ней бескрайним морем металлических корпусов — десятки машин стояли ровными рядами, будто застывшие в ожидании хозяев. Солнце, пробивающееся сквозь редкие облака, отражалось в чистых лобовых стёклах, создавая причудливую игру бликов. Воздух был неподвижен, лишь лёгкий ветерок шелестел обрывками бумаги у обочины.

Она не решилась подходить к тем автомобилям, где двери были закрыты, мысленно представив, как пронзительно взвоет сигнализация, разорвав тишину на части. Вместо этого направилась к тем, чьи двери зияли распахнутыми проёмами — словно безмолвные свидетели спешного бегства.

Заглянув в первую машину, Елена разочарованно вздохнула. Внутри царил беспорядок: на полу валялась рассыпавшаяся мелочь, в бардачке — какие-то мятые бумаги и старые квитанции. Даже автомобильной аптечки не нашлось — только пыль и забытая кем-то перчатка на заднем сиденье.

В двух следующих машинах картина была похожей: бутылка воды с затхлым привкусом, пара растаявших батончиков, превратившихся в липкую массу, потрёпанный зонтик и пакет с кошачьим кормом, из которого высыпались гранулы. Вокруг машин валялись размотанные бинты, разбитые флакончики из-под йода, а на асфальте темнели пятна крови — молчаливые свидетели чьих-то отчаянных попыток спастись.

Елена осторожно пошла дальше, стараясь ступать бесшумно. Её взгляд скользил по рядам автомобилей, отмечая каждую деталь: приоткрытые окна, брошенные сумки, забытые детские игрушки на задних сиденьях. Всё это выглядело так, будто время здесь остановилось — ещё свежие следы жизни, но уже пропитанные духом запустения.

Следующая машина оказалась микроавтобусом. Пассажирская дверь была открыта, словно приглашая заглянуть внутрь. Елена приблизилась, чувствуя, как нарастает тревожное предвкушение. Она заглянула в салон: на сиденье стоял открытый чемодан, вещи валялись на полу и возле машины — рубашки, носки, какие-то бумаги, будто кто-то в панике искал самое необходимое и не успел закончить.

Елена поставила ногу на ступеньку, потом вторую, чтобы заглянуть вглубь салона. В этот момент…

— Кхм, — раздался сзади грубый мужской голос, низкий и хриплый, будто его обладатель давно не разговаривал. — Пардон, конечно, но что здесь делает красивая одинокая девушка?

Елена резко обернулась. Сердце подскочило к горлу, едва не выпрыгнув из груди. В попытке развернуться она сильно ударилась головой о верхнюю часть дверной рамы микроавтобуса. Острая боль пронзила висок, перед глазами вспыхнули яркие искры, а затем всё погрузилось в тёмную пелену.