Книга Право на жизнь, страница 152 – Анна Денисова, Виктория Сталь

— Они возвращались из города, — Ольга говорила отрывисто, глотая окончания, будто боялась, что не успеет сказать главное. — Дмитрий, Сергей и Денис ходили за припасами. Наткнулись на толпу бродячих. Димон прикрывал ребят, его зацепили. Сергей и Денис его тащат. А меня послали за тобой.

Она перевела дух.

— Крови много, Аня! Очень много! — Ольга почти выкрикнула это, и в голосе её прозвучала такая неподдельная боль, что Аня, не раздумывая больше ни секунды, рванула к выходу.

Сумка с медикаментами, которую она собрала на случай экстренной помощи, висела на спинке стула. Аня схватила её на бегу, задев плечом косяк, но даже не почувствовала боли. Внутри сумки что-то звякнуло, ампулы в пенопластовом вкладыше, скальпели в футляре, флаконы с антисептиками.

— Веди! — крикнула она, вылетая в коридор.

Ольга уже мчалась вперёд, к чёрному ходу, и Аня едва поспевала за ней, скользя по дощатому полу. Где-то вдалеке доносились голоса: на кухне Елена с Кариной и Яной готовили обед, переговариваясь и позвякивая посудой. На вышке дежурил Семён, его силуэт чётко выделялся на фоне неба. Но Аня не замечала ничего вокруг.

Она просто бежала. Бежала, спотыкаясь о корни, цепляясь за ветки, не замечая, как они хлещут по лицу, оставляя на коже тонкие царапины. Бежала, чувствуя, как сумка с медикаментами бьёт по бедру, как сердце колотится где-то в горле, как воздух, холодный и влажный, обжигает лёгкие. В ушах шумело, а перед глазами то и дело всплывало лицо Димы, его улыбка, взгляд, в котором всегда было что-то успокаивающее.

— Далеко? — выдохнула она, когда лес начал редеть, а впереди, между стволами, показался просвет. Её голос звучал хрипло, дыхание сбивалось.

— Недалеко, — ответила Ольга, не оборачиваясь. Её силуэт дрожал впереди. — За вторым оврагом.

И они побежали дальше. Ветви цеплялись за волосы, колючки рвали ткань куртки, а земля под ногами становилась всё более неровной, корни деревьев выступали из почвы, ямы и бугры заставляли спотыкаться. Аня чувствовала, как пот стекает по спине, а ноги начинают дрожать от напряжения, но она не сбавляла темп. В голове билась одна мысль: «Только бы успеть».

Лес встретил их тишиной. Не той мирной, убаюкивающей тишиной, которую можно услышать в летнем бору, где ветер шелестит в кронах, а птицы перекликаются в вышине. Нет. Это была тишина мёртвого леса, плотная, вязкая, давящая на уши, заставляющая каждый шорох, каждый хруст ветки казаться выстрелом. Воздух был неподвижен, будто застыл в ожидании чего-то зловещего.

Начало октября, но день выдался хмурым и промозглым. Небо затянули тяжёлые свинцовые тучи, лишь изредка пропускавшие бледные лучи солнца. Земля под ногами была сырой и вязкой, накануне прошёл дождь, и лужи ещё не успели высохнуть, отражая серое небо и голые ветви деревьев. По краям тропинки желтели последние цветы, прибитые к земле холодом, а вокруг, повсюду ковёр опавших листьев: бурых, рыжих, жёлтых. Они шуршали под ногами, цеплялись за ботинки, напоминая, что осень уже вступила в свои права.

Аня бежала, и мир вокруг сузился до тропинки, убегающей в темноту, до спины Ольги, мелькающей между деревьями, до собственного дыхания, рвущегося из груди хриплыми, надсадными всхлипами. Пот заливал глаза, волосы липли к лицу, а лёгкие горели, словно в них забили раскалённые гвозди. Она не знала, сколько времени прошло: десять минут, двадцать, час. Время потеряло смысл, превратилось в бесконечную ленту, на которой не было ничего, кроме бега, страха и надежды.