Книга Мертвая тишина, страница 125 – Анна Денисова, Виктория Сталь

Мясник нашёл добычу. И какую… Несколько юных подростков. Они двигались цепочкой вдоль заброшенной автобусной остановки, настороженно оглядываясь, словно птенцы, впервые выпорхнувшие из гнезда в мир, полный невидимых угроз.

Как они спаслись в этом аду — конечно, было неважно. Может, прятались где-то в подвале, каким-то чудом ускользнули из охваченного паникой города. Да и не имело значения, сколько дней или недель они продержались. Важно было другое: не упустить такой многочисленный шанс.

Он затаился в тени здания сливаясь с обшарпанной стеной. Глаза, холодные и цепкие, не отрывались от группы. В груди разрасталось знакомое возбуждение — то самое, ради которого он выходил на охоту. Но сейчас Мясник не спешил. Он любил наблюдать, изучать, впитывать каждую деталь, прежде чем сделать шаг.

Дети… Они ещё не осознавали всей глубины своей беды. В их движениях читалась наивная уверенность, что если идти тихо и держаться вместе — беда обойдёт стороной.

Мясник медленно провёл языком по сухим губам. В голове уже складывался план: сначала — испугать, показать, кто здесь хозяин. Потом — разделить. Слабых отсеять сразу, сильных… оставить на потом. Он любил, когда жертва сопротивлялась — это придавало охоте особый вкус.

Его рука непроизвольно сжала нож. Лезвие, отполированное до зеркального блеска, отразило солнечный блик — словно подмигнуло добыче. Но он не двинулся с места. Ещё рано.

Они были напуганы, но ещё не сломлены. Это только усиливало азарт.

Время словно растянулось. Каждая секунда наполнялась предвкушением, каждая мелочь становилась частью картины, которую он собирался написать. Мясник знал: когда придёт момент, он сделает всё безупречно. Но пока… пока он просто наблюдал, впитывая их страх, их неуверенность, их хрупкую надежду на спасение.

Они даже не подозревали, что уже стали частью его игры. Что каждый их шаг, каждый взгляд, каждое дыхание — всё это уже принадлежит ему.

Мясник наткнулся на них, когда семеро подростков отправились на поиски провизии из неприметного домика. Он притаился за густыми зарослями кустарника у обочины заброшенной дороги, слившись с окружающей средой, и внимательно прислушивался к каждому слову, ловил каждое движение.

Их было семеро: два юноши и пять девушек, всем не больше шестнадцати. Они держались настороженно, но не растерянно — видно, что уже привыкли к вылазкам. Впереди шла высокая девушка с коротко подстриженными тёмными волосами — она явно была лидером группы. В руке она сжимала большой кухонный нож, взгляд скользил по окрестностям, отмечая каждую подозрительную тень.

За ней следовали остальные: один парень нёс биту, другой — обрезок трубы; девушки передвигались цепочкой, перешёптываясь и обмениваясь короткими репликами. За плечами у всех были рюкзаки. Мясник уловил обрывки их разговора:

— …сегодня дальше, чем обычно, — шепнула одна из девушек, оглядываясь.

— Ничего, — отозвалась лидер, — зато там супермаркет был, может, что осталось.

— А если… — начала другая, но осеклась и замолчала.

Мясник улыбнулся про себя. Они боялись, но старались не показывать страх. Это делало их ещё интереснее.

Он продолжал наблюдать, отмечая, как они распределяют роли: один следит за тылом, другая проверяет пути отхода, третья готова подать сигнал тревоги. Организованность поражала — видимо, они давно жили в своём убежище, научились выживать.