Книга Автоматом и гранатой, страница 54 – Александр Карпов

Остановившись в указанном месте возле солдат, Егор повернулся в сторону удалившегося по перрону к голове состава офицера. Кто он? Начальник разведки полка, бригады, дивизии? Взгляд у него бывалого, опытного, бесстрашного воина. По всему было видно, особенно по взгляду, по глазам, по выражению лица и по твердой походке, что на фронте он давно и по духу своему далек от тыловой жизни.

— Смирно! – негромким басом скомандовал тот, видя, что вызвавшиеся из строясолдаты уже стояли ровной шеренгой, готовые к встрече с ним.

Беглым взглядом обведя всех, офицер продолжил, все еще удерживая руки за спиной:

— Я ответственный за формирование подразделений разведки сорок первой артбригады. Вы все поступаете в мое распоряжение. По мере укомплектования или раньше, как покажет обстановка или будет на то приказ, убываете в один из полков.

Офицер еще раз обвел взглядом стоявших перед ним солдат. Тех было пятеро. На двоих он обратил несколько больше внимания. В их числе оказался Егор.

— Товарищ сержант, – произнес офицер, обращаясь к нему и скользнув взглядом по погонам.

— Сержант Щукин! – громко представился тот, вытягивая в струнку.

— С этой минуты сержант Щукин командует отделением разведки взвода управления, – произнес обладатель кожаной куртки и кубанки, теперь обводя взглядом всех остальных.

— Есть! – ответил Егор и по еле заметному знаку руки офицера занял место во главе строя.

— За мной марш! – скомандовал тот и зашагал по дорожке, что вела от перрона и головы железнодорожного состава куда-то вдаль, мимо множества пристанционных построек.

За ними открывался не то поселок, не то большая по размеру деревня со следами недавних боев, о чем говорило множество воронок от мин, бомб и снарядов. Кое-где лежали неубранные снарядные гильзы большого диметра, стояли остовы сгоревших машин и повозок. Был разбросан битый кирпич, строительный камень, куски битого стекла, поломанные предметы быта, разбитые фрагменты мебели. То и дело на пути попадались полуразрушенные и еще не восстановленные дома, амбары или сараи, на уцелевших стенах которых отчетливо виднелись следы от пуль и осколков.

— Давно воюешь? – неожиданно спросил офицер Егора, когда они вышли за пределы поселка и благодаря ширине тропы стали идти рядом.

— С февраля сорок второго, – ответил Егор, понимая, что обладатель кубанки пытается ближе узнать его, потому как им, возможно, придется дальше вместе служить и воевать.

— С теми, что с тобой, вас уже девять будет, – продолжил офицер, не сбавляя темпа ходьбы. – Всех прибывших разведчиков до укомплектования будут к тебе отправлять.

Щукин кивнул в ответ.

— На месте предоставишь старшине список всего необходимого для личного состава. Теплые вещи, штаны, ватники, валенки, подсумки, маскхалаты. Сейчас почти все есть на складах. Снабжение идет неплохое. Наконец, кажется, наладилось к концу войны, – торопливо говорил офицер, пытаясь быстро ввести нового командира отделения разведки в курс дела. – Он же поставит всех вновь прибывших на довольствие. Завтра получите оружие, патроны, гранаты. Все очистите от смазки и приведете в готовность к бою. Для этого рядом организовали стрельбище. Там все оружие пристреливаем. Через пару дней, надеюсь, отправлю вас в полк.

Егор поднял от удивления брови. Потратив несколько недель на дорогу на фронт, едва оказавшись на месте, он с ходу вливался в боевую работу.