Книга Ты умрешь влюбленной, страница 129 – Юлия Лист

— Что?

— Ты… одуванчик такой… и «HK416». Тебе идет, можешь идти грабить банки.

Вера виновато улыбнулась, глядя, как он прижимал к телу красные от крови пальцы. Где же Зоя?

Воскресенье, 9 апреля

Зоя показалась лишь через десять минут, помогла Эмилю сесть. Он откинулся спиной на ножку стола и поднял край толстовки, оголив жилистое, покрытое татуировками тело.

— Чертов псих… – недовольно пробурчал шеф, оглядев рану. – Ладно, сначала обезбол в вену. – Он поднял рукав. – Потом я сам.

Зоя быстро сделала ему инъекцию. Эмиль, расправивший плечи, поскольку лекарство начало действовать, облил бок спиртом и стал сшивать огнестрельную рану медицинским степлером, который издавал громкий щелчок, пропарывая кожу. Параллельно он лихорадочно объяснял, зачем Даниель стрелял от пояса – соблюсти траекторию выстрела от сидящего в кресле деда. Он болтал как заведенный, чтобы не потерять самообладания. Пуля прошла по касательной, значительно вспоров плоть. Но Вера не знала, навылет или застряла, а спросить было неловко.

В окнах стало светлеть. Занималась заря, откуда-то издалека донесся первый пасхальный колокольный перезвон.

Даниель помог подняться Кароль и усадил ее на стул за соседний стол. Женщина дрожала – ей явно не каждый день доводилось кому-то угрожать ножом. Она, конечно, привыкла, что приходится обрабатывать своего подопечного дедушку Абеля: подливать снотворное, приводить мошенников, которые увлекательно рассказывали про розенкрейцеров, но чтобы схватиться за нож – это у нее, по-видимому, было впервые. Поэтому Вера не слишком-то ее испугалась. Но, с другой стороны, с виду хрупкая и нежная, как фиалка на подоконнике, она имела стержень и согласилась участвовать в длинной цепочке преступлений своего Ромео не потому, что была слабой и безвольной. Она тоже хотела хорошей жизни для своего сына. Кстати, где мальчик? Вера так и не разглядела его хорошенько. Наверное, Эмиль успел о нем позаботиться и спрятать, прежде чем развязывать эту дуэль.

Пока Вера целилась в стены из винтовки, которая оказалась довольно тяжелой, – долго ее на вытянутых руках держать было сложно, приклад съезжал куда-то то вниз, то вбок, – Эмиль сшил рану скобами и поднялся.

Перво-наперво он подошел к спящему дедушке Абелю и забрал его черный плоский пистолет, засунув его за ремень джинсов сзади.

— Давай сюда пушку, террористка. – Он, смеясь, подошел к Вере и взял у нее винтовку. Его качнуло, и он чуть не упал вместе с ней.

— Ты много крови потерял. – Одной рукой Зоя забрала у него оружие, другой поддержала. Эмиль тряхнул головой, сметая признаки слабости, стиснул зубы и обвел комнату взглядом, в котором Вера, к своему ужасу, увидела легкий занимающийся туман. Укол избавил от боли, но не от слабости.

— Итак, господа, – сказал он, упираясь руками в деревянную столешницу лишенного скатерти стола. – Позвольте всех пригласить в холл. Вас ожидает сюрприз. Давайте уже покончим с этой историей раз и навсегда.

Он обернулся к Даниелю, который стоял рядом с Кароль, и смерил его насмешливым взглядом.

— Дуэль не кончена, сударь. Мы еще скрестим с вами шпаги.

Зоя вскинула винтовку, громко щелкнув ручкой взвода, и махнула дулом в сторону дедушки Абеля.

— Мартин, Оскар, – скомандовала она, – один перед коляской, другой – за ней. Остальные следом.