Книга Ты умрешь красивой, страница 71 – Юлия Лист

— Здравствуйте, я — Валери, мать Эмиля и Зои, — протянула она руку Вере. — Видела вас в новостях. Вы совершили невероятный подвиг! Вас сравнивают со «Свободой, ведущей народ» Делакруа. Но в данном случае я бы сказала: «Свобода, ведущая женщин». Феминистки еще не замучили звонками? Они сделают из вас Иисуса женского рода, вот посмо́трите!

Вера, ошарашенная не столько тем, что ей было сказано, сколько невероятной юностью женщины, которая назвалась матерью двух человек тридцати лет от роду, тотчас принялась подсчитывать в уме, сколько ей лет. Что-то около пятидесяти, ладно, сорок шесть. Но выглядела Валери моложе собственной дочери. Чистое, открытое лицо без макияжа, консилера, пудры и малейшего признака морщин, светлые волосы, заплетенные в длинную косу, переброшенную через плечо и спускающуюся к коленам, тонкая фигура девочки-гимнастки. Этакая похудевшая и подтянутая Дейенерис.

«Они — точно вампиры», — решила Вера.

— Добро пожаловать в санаторий «Тейя-Ра»! У нас уже идут занятия для ранних пташек. А где же Эмиль?

Зоя указала на машину — Эмиль спал на заднем сиденье без задних ног. Вера оставила на его руке свои часы, чтобы отслеживать пульс.

— Все еще 48, — показала она телефон. — Но двадцать минут назад был 51.

— Хорошо. Думаю, его не стоит оставлять в машине. Прошу в дом, а я найду того, кто бы помог мне. Нужно успеть провести шавасану.

Потрясающее спокойствие! Сын лежал с опасным для здоровья сердцебиением, не подавал признаков жизни, а она должна успеть провести шавасану.

Но Эмиль, видимо, услышал в открытую дверь разговор о себе, поднял голову и сонным голосом пробормотал: «Приехали уже, что ли?»

Точно медведь, выходящий из спячки, он выбрался из машины, чуть шатаясь на неуверенных ногах под зыбким гравием, и, больше ни слова не сказав, пошел к дому.

— Вот и весь Эмиль, — пожала плечами Валери, обратив улыбающиеся глаза к Вере. — На самом деле вас не должен пугать его пульс, он же спортсмен. У них 50 — является нормой.

— Спортсмен? Я думала, он… — «наркоман», хотела сказать Вера, но вовремя осеклась. Валери прекрасно поняла, что имела в виду ее гостья.

— Он не всегда был таким, каким кажется. Все детство занимался восточными единоборствами, брал международные призы. У всех нас бывают кризисы. Прошу в дом. — Она сделала плавное движение ладонями в сторону крыльца и чарующе улыбнулась. — Располагайтесь. Зоя, размести нашу гостью, вы успеете немного поспать до завтрака.

Соединив ладони у груди, коснувшись ими лба, она откланялась и легкими шажками направилась к своей группе, отпустила ученицу и заняла центральный коврик.

— Ты уж извини, дорогая, но у меня будет много неприличных вопросов, — сказала Вера Зое. Та лишь печально улыбнулась, и они пошли к дому.

В машине, прямо во время поездки, сестра Эмиля успела привести лицо в порядок: стерла следы слез, размазанной туши, помады, двумя движениями влажной салфетки вернула белизну коже. Пожалуй, если стереть с нее весь этот макияж в стиле Эми Уайнхаус, она будет выглядеть так же юно, как и мать.

В гостиной пахло специями, всюду царили идеальные чистота и порядок, присущие гостиницам. Диваны, креслица, разноцветные подушечки с кисточками, на распахнутых окнах легкие занавески, дребезжащие от утреннего ветерка, в кадках живые цветы с толстыми ветками и большими мясистыми листьями, под ногами мягкий белый ковер с высоким ворсом. Фоном играла какая-то дзен-музыка.