Книга Дочь ведьмы, страница 90 – Альбина Нурисламова

Но все вышло совсем не так.

Инна открыла дверь, но явно не была рада приходу Богдана. Она растерялась, покраснела, а через секунду в прихожую вышел какой-то парень.

Богдан потерял дар речи, а Инна, к которой вернулось самообладание, скрестила руки на груди и выдала, что бросает Богдана. Что давно уже хотела сказать: они не пара, она его не любит и вообще у нее с ним нет никаких перспектив.

Если она рассчитывала, что Богдан зарыдает и примется умолять ее остаться с ним, то просчиталась.

— А он, выходит, перспективный? – Богдан мотнул головой в сторону парня.

Кольцо он положил в красивый мешочек, который купил в ювелирном, и в этот момент почувствовал, что оно словно бы раскалилось в его руке. Стало горячим и … живым.

Инна не успела ответить, как Богдан швырнул ей мешочек с кольцом и сказал:

— Пошла ты. Совет вам да любовь.

Повернулся и ушел.

Он не видел, как Инна взяла мешочек, открыла его и достала перстенек.

— Какая красота! Кольцо просто восхитительное! – восторженно сказала девушка. Надела перстень на палец и залюбовалась им.

— Это что, медь и бутылочное стекло? – ревниво спросил парень.

Инна фыркнула, впервые подумав, какой же он глупый. И она, возможно, тоже. Поспешила, не надо было все-таки расставаться с Богданом. Вон какое кольцо подогнал, ведет себя с достоинством. Наверное, стоит попробовать помириться. Ничего, она сумеет все исправить, если захочет. И приползет Богдан снова.

А Богдан в ту самую минуту думал, что будет страдать, но почему-то не чувствовал ни обиды, ни горечи. Ему даже в каком-то смысле легче стало. С Инной было слишком непросто: высокомерная, капризная, эгоистичная, она приносила в жизнь Богдана не столько радость, сколько беспокойство и раздражение. А теперь все решилось само собой.

В ту ночь ему приснился странный сон. Он увидел уродливую старуху с согнутой крюком спиной и огромной бородавкой возле носа.

— Уважил, милок, – сказала старуха, непонятно каким образом возникнув на пороге его квартиры. А после захихикала, заколыхалась, и глубоко запавшие, словно просверленные на лице глаза вспыхнули рубиновым отблеском.

Богдан закричал и проснулся.

Слухи о болезни Инны дошли до него через общих знакомых примерно дней через десять.

— Это что-то кошмарное, – сказали Богдану. – Инна в больнице.

Ему немедленно вспомнилось кольцо, сон, старуха, красный отблеск в ее глазах.

«А если она…» – додумать эту мысль было страшно.

Богдан поехал в больницу. Мать Инны встретила его в коридоре – заплаканная, постаревшая лет на десять.

— Это какой-то ужас, – сказала она, припала к плечу Богдана и снова разрыдалась. – У нее выпадают волосы. Она исхудала, высохла, ничего не ест. Кормят Инночку через трубки. Она без сознания, и иногда я думаю, что это к лучшему. Если бы понимала, что с ней происходит, было бы хуже. Инночка гордилась своей красотой, а тут такое…

— Что говорят врачи? – с трудом выговорил Богдан.

Мать Инны махнула рукой.

— Что они знают? Ничего. – Потом она спохватилась. – Спасибо тебе, что пришел. Инночка говорила, что… Что она бросила тебя. Я сказала ей, это ошибка, ты хороший парень, но ты же ее знаешь… Ты мог бы и не приходить, она тебя обидела, а вот пришел же. Спасибо.

Богдана пустили к Инне на пять минут. Сначала он подумал, что это нелепая ошибка: на больничной кровати перед ним лежала не та яркая, самоуверенная, дерзкая девушка, которую он знал, а маленькая старушка с худеньким личиком и прозрачной кожей.