Книга Дочь ведьмы, страница 87 – Альбина Нурисламова

Она неуверенно улыбнулась в ответ.

— Скажи, Изабелла, могу ли я пригласить тебя сходить со мной в кафе? Или в кино? Или сначала в кино, а потом в кафе?

Машина ехала по знакомым улицам, люди шли по своим делам, машины гудели, дети смеялись. Привычный и прекрасный в своей обыденности мир жил по понятным законам, и Рома думал, как же это замечательно.

Ехать к бабушке в деревню копать огород Богдан не хотел. Да и кому бы такое понравилось? Вместо того чтобы поехать с друзьями к кому-нибудь на дачу или с Инной сходить куда-то, придется ехать к черту на кулички, в глушь, два часа трястись на электричке, а потом все майские праздники пахать, как конь!

Мать с сестрой не поехали, отправились к маминой сестре в соседний город.

В прежние годы к бабушке ездили все вместе, всей семьей. Но в этом году все изменилось. Отец ушел из семьи, у него теперь молодая жена, кстати, его бывшая коллега. После вуза пришла, и закрутилось у них. Ему не до огородов. А мама сказала, с какой стати она к бывшей свекрови поедет? Морковку с картошкой проще в магазине купить, чем из Николаевки на своем горбу переть. Если честно, мама и бабушка никогда особо не ладили, а уж теперь, после ухода отца…

— Ты уж съезди, Богдан, будь мужиком, – сказал отец по телефону, – бабушке одной тяжело. Она не справится.

«Если бы ты мужиком был, мать бы ради этой свиристелки, которая в дочери тебе годится, не бросил», – хотел сказать Богдан, но не решился. Не привык в таком тоне с отцом говорить, хотя и относиться к нему, как прежде, не мог тоже. Не мог простить предательства.

Лиза – та вообще с ним не разговаривала.

— Я просто никак не могу вырваться, понимаешь? А я тебе потом куплю… Что ты хочешь? Наушники новые? Кроссовки?

— Ничего, – бросил Богдан.

Но съездить обещал. Не из-за отца, а из-за бабушки. Она-то в чем виновата? Не она же отца уговорила из семьи уйти.

Деревня была большая, но неопрятная. Богдану здесь никогда особо не нравилось. Заборы черные, кривые, дома кособокие. Дорога разбитая, вода в речке мутная. Словом, тоска зеленая. Он и в прежние годы надолго не оставался, хорошо, что родители не настаивали.

— Бабуль, ты бы продала дом и уехала отсюда, – сказал Богдан.

— Я бы, может, и продала, да кто купит-то? Кому надо, – вздохнула она.

И правда, некому.

Домик у бабули был небольшой, но аккуратный, похожий на рисунок из книжки с народными сказками. И готовила она вкусно: пирожки с яблоками и капустой пекла, беляши, рассольник варила. Но все равно Богдану хотелось сделать, что нужно, перекопать, что бабушка скажет, и уехать поскорее, в город вернуться.

С вечера, как внук приехал, бабушка только и делала, что угощала его и расспрашивала. Про отца говорить было неловко, и эту тему они дружно обходили стороной.

Поутру, покормив Богдана завтраком, бабушка отправила его в огород, определив фронт работ: «Вот от сих копай и прям досюда».

Богдан оценил масштаб и тяжело вздохнул. В прежние времена копал в основном отец, а они все так, на подхвате. Как он один-то справится?

Но ничего, верно говорят: глаза боятся, а руки делают. Богдан сунул в уши наушники, включил музыку, и дело пошло. В какой-то момент он даже втянулся, азартно стало. Очертит линию, до которой в ближайшие два часа надо дойти, а потом возьмет и превысит указанную норму.