Книга Пучина скорби, страница 61 – Альбина Нурисламова

— У меня есть еще кое-что.

Он невольно рассмеялся.

— Стою и думаю, как мне имеющееся сплести воедино, чтобы разобраться хоть в чем-то. А у тебя снова пригоршня информации.

— Ну извини. — Она взъерошила волосы, поджала под себя ноги. — Ты слышал, наверное, о «трассе смерти»?

— О так называемой «банде ГТА»? Слышал, конечно. Как все.

— Да, об этом. На трассах Москвы, Подмосковья, Калужской области была совершена серия нападений, всегда по одной схеме: на дорогу выкладывались шипы, у автомобиля, проезжавшего по дороге, оказывались проколоты шины. Машина останавливалась, бандиты расстреливали водителя и пассажиров, забирали все ценное. Преступления эти совершались с 2012-го, продолжались не один год. Всего было шестнадцать нападений, погибли семнадцать человек: мужчины и женщины, пенсионеры, таксисты, дачники. Велось расследование, установили главаря, арестовали участников, был суд… Я просто напомнила, в общих чертах.

Вадим гадал, какое отношение давняя история имеет к происходящему в Верхних Вязах.

— Вряд ли ты в курсе, но нечто похожее было и у нас. Только еще раньше, в девяностые. Бандиты грабили автомобили на дорогах, убивали людей с крайней жестокостью: стреляли, резали. — Олесю передернуло. — Я видела кое-какие снимки в архивах. Лучше бы не видела. Действовали, видимо, по наводке, потому что среди жертв не было нищих пенсионеров и дачников, сплошь богатый улов. Продолжалось это девять месяцев, грабежи происходили на разных дорогах. Поймать преступников не удавалось, свидетелей они не оставляли. Ничего, что могло бы вывести на бандитов, милиция найти не могла. К тому же места глухие, это все осложняло. Правда, поговаривали, что ниточки тянутся наверх, потому расследование и топчется, не продвигается.

— Но в итоге-то бандитов поймали?

Олеся отрицательно мотнула головой.

— Все прекратилось само. То ли главарь умер, то ли другая причина. Ничего не нашли: ни базу преступников, ни возглавляющих банду, ни рядовых исполнителей. А закончилось все аккурат после знакового, громкого события.

— Пропажа автобуса и гибель детей.

— В точку. Вроде бы эти происшествия никоим образом не связаны: тут — грабежи автомобилей и убийства водителей и пассажиров, там — несчастный случай. Однако многим казалось, что связь есть. Во-первых, местность: все происходило в наших краях, в большей или меньшей удаленности от Октябрьского. А во-вторых, все так или иначе связано с путем-дорогой.

Олеся переменила положение, взглянула на часы.

— Ночь уже.

Вадим пропустил это замечание мимо ушей. Он достал авторучку и блокнот, с которым по старой писательской привычке не расставался, хотя давно уже ничего туда не записывал: ни наблюдений, ни пришедших в голову фраз или идей, ни сюжетных схем.

— Что ты делаешь?

— Хочу упорядочить, — пробормотал он, — мне так проще. Надо наглядно представить, чтобы решить, куда двигаться дальше.

Следующие минут пятнадцать Вадим чертил линии, записывал в две колонки факты. Олеся сидела в кресле, наблюдала за ним. Когда он отложил ручку и сказал: «Итак, что мы имеем?», выяснилось, что девушка спит.

Вадим тихонько поднялся со стула, взял с дивана покрывало, хотел укрыть Олесю, но она встрепенулась, уставилась на него непонимающим, еще затуманенным дремой взглядом.